Монтажник-высотник Павел Ходаков о работе на шпилях Петербурга

Павел Ходаков — монтажник-высотник, который работал на шпилях Петропавловского собора, Адмиралтейства, Александровской колонны и других высотных достопримечательностях Петербурга. Своё первое восхождение к ангелу Петропавловской крепости он совершил в 1994 году и затем неоднократно возвращался: участвовал в реставрациях 1994–1995 и 2002–2003 годов. Сейчас он сотрудник Музея истории Санкт-Петербурга.

В армии Ходаков получил парашютную подготовку, после работал монтажником железобетонных конструкций, что привело его в промышленный альпинизм. В крепость впервые пришёл в 1993 году в составе реставрационной компании. В 1991 году ангела впервые за 133 года спустили на землю. В 1994 году на вершине шпиля установили леса. Ходаков отмечает, что страха не было: «Я так ребятам говорю: ты вначале поднимись, застрахуйся, а потом можешь побояться, если так хочется, — главное, чтобы застрахован был».

Рекорд по числу подъёмов за день у одного из монтажников составил 26 раз. Работа осложнялась погодой: «Все три монтажа были в холод почему-то. Контрольный монтаж был в январе, „золотой“ монтаж 1995 года — в конце октября, на следующий день снег выпал. Вторая реставрация — в январе–феврале. Ещё и зима как под заказ была: и мороз, и ветер!»

После «золотого» монтажа Ходакову снилось, что ангел упал в Неву. Однако наяву проблемы возникли в 2002 году, когда золото начало сходить. При проверке выяснилось, что ангел не вращается из-за неисправного подшипника. Губернатор Владимир Яковлев лично поднимался на шпиль. Решили снимать шар вручную, так как вертолёт не дали после инцидента в Кронштадте, где двухтонный крест сорвался. Шар, известный как «золотое яблоко», оказался овальным (1,5 м в горизонтали, 1,6 м в вертикали) для компенсации перспективы.

В шар при реставрации заложили послание в гильзе от гаубицы с иконой царской семьи и документацией. Сейчас покрытие ангела снова требует реставрации, местами стёрлось до меди.

В 1994 году Ходаков участвовал в установке креста на Казанский собор с вертолёта — со второго захода. В 1993-м поднимался на шпиль Адмиралтейства для устранения протечки. Там возник курьёз: два крупных рабочих сели на шар, и он провалился, открыв полметра голой спицы. Позже КГИОП организовал реставрацию, сняли несколько ярусов обшивки, перезолотили, убрали заплатки времён войны. На кораблике оставили пулевое касание — по словам Ольги Фирсовой, работавшей на шпиле во время войны, это след от немецкой очереди.

В шарик на Адмиралтействе также заложили послание. Нашли коробочку из-под леденцов с запиской от рабочих 1977 года о ценах и жалобами на зарплату. Новые записки оставлять не стали.

На Александровскую колонну Ходаков поднимался для составления дефектной ведомости в 2003 году, используя свисавшие цепи. Позже цепи исчезли, что его удивило.

На колокольне Петропавловского собора он монтировал антенны в 1990-х. Выход на малый купол, гладкий и большой, оказался страшным: «схватиться не за что». После 300-летия Петербурга пришлось ставить громоотвод, хотя это можно было сделать раньше, пока стояли леса.

В 1994 году Ходаков участвовал во вскрытии захоронений в Петропавловском соборе. Склеп великой княгини Александры Георгиевны, пустой с 1939 года, был заполнен мусором, а плита висела в воздухе. Расчистили и замуровали. В Великокняжеской усыпальнице готовили перезахоронение останков Кирилла Владимировича и его супруги, привезённых из Кобурга в 1995 году. Выяснилось, что в советское время склепы разграбили мародёры. Вскрывали захоронения детей Николая I и внуков. Некоторые были залиты водой, приходилось просушивать и изготавливать новые гробы.

«Там у нас ходил фотограф Ленпроектреставрации, он вёл фотофиксацию. А мы делали небольшие ящики, куда останки складывали. Я очередной ящик беру, с Александрой Николаевной, а он меня сфотографировал. Потом приходит, даёт снимок, говорит: „На, держи. Помни, как царскую дочь на руках носил“».

У герцога Георгия Максимилиановича Лейхтенбергского гроб сохранился, но был вскрыт, челюсть лежала снаружи. Рядом нашли браслет, который вернули обратно. В 1950–1960-х в усыпальнице переустроили алтарь, открыли выставку «Героическая оборона Ленинграда».

Сейчас Павел Борисович продолжает работать в крепости. Когда гуляет по центру Петербурга, невольно замечает, что все отдыхают, а он на работе: «Александровская колонна, Адмиралтейство, Кунсткамера, если ещё съёмки взять — Эрмитаж, а дальше — Петропавловка… Идешь, невольно смотришь, как что, замечаешь, где скоро что-то отвалится и что-то надо делать».