«Трудно быть богом»: каким получился сериал

Онлайн-кинотеатр Wink представил четыре эпизода «Трудно быть богом» — новой адаптации культовой фантастики братьев Стругацких. В актерский состав вошли Сергей Безруков, Никита Кологривый, Виктория Исакова и Федор Бондарчук. Создатели обещают зрителям мечи, скафандры и пыточные приспособления из Веселой башни.

Над проектом работала команда с серьезным бэкграундом: шоураннер Андрей Золотарев известен по «Слову пацана», а режиссер Дмитрий Тюрин снимал «Эпидемию» и «Триггер». Мы посмотрели, что получилось, и делимся впечатлениями о королевстве Арканар.

В первоисточнике описана лишь развязка миссии землянина Антона: после долгих издевательств он срывается и устраивает резню. Продюсер Теймур Джафаров анонсировал расширенный сюжет, и это действительно так. В сериале наблюдатель Антон, которого играет Александр Радойичич, только прибывает в Арканар. Ему предстоит освоиться в роли дона Руматы: пить местный самогон, терпеть запахи, общаться с простонародьем, обнажать меч и тайком навещать дону Окану (Виктория Исакова). Наставником выступает бывалый коллега дон Кондор в исполнении Сергея Безрукова, который поучает новичка фразами вроде: «Абстиненция — самое естественное состояние для благородного дона, так что привыкай».

У Антона помимо служебных есть и личные мотивы оставаться в этом средневековом хаосе. Когда-то в Арканаре исчез его отец, тоже наблюдатель, работавший под видом лекаря. От него остался мини-передатчик, а транслятор Антон пронес контрабандой. Но связь с отцом потеряна, и герой все еще надеется на чудо.

Пока Румата осваивается, вокруг кипит жизнь: барон Пампа (Никита Кологривый) гуляет по тавернам, интриган дон Рэба (Федор Лавров) плетет заговоры против короля (Владимир Юматов), в пустошах орудует отряд атамана Араты, а на орбите земляне решают свои вопросы. Упоминается и Росатом, который, видимо, доживет до XXII века.

Многое из этого у Стругацких отсутствовало или было лишь намечено. Авторы сериала явно хотят погрузить зрителя в местные политические дрязги до того, как Румата дойдет до точки невозврата и устроит кровавую бойню.

Съемки проходили в Иране — как раз во время израильской военной операции, из-за чего группу и Федора Бондарчука эвакуировали в Азербайджан. Пейзажи получились неожиданными: вместо привычной мушкетерской Франции — пустыня и глинобитные постройки. Выглядит это колоритно, хотя и расходится с ожиданиями фанатов.

С кастингом вышло неоднозначно. Никита Кологривый снова играет приблатненного персонажа, как в «Слове пацана». Его Пампа скорее дерзкий малый, чем огромный добродушный Портос из книги. Сергей Безруков добавляет сериалу оттенок анекдота: его манера игры узнаваема и не меняется годами.

Зато Виктория Исакова в роли доны Оканы выглядит убедительно, добавляя истории драматизма. Федор Лавров, сыгравший дона Рэбу, — настоящее попадание в образ: серый, вкрадчивый, пугающий. Приятно удивила Ирина Паутова в роли Киры, а Федор Бондарчук органичен в образе дона Куба.

Главная претензия — к Александру Радойичичу, исполнившему роль Руматы. Его герой получился плоским и безэмоциональным, без той внутренней силы, что описана в книге. Даже Василий Степанов в «Обитаемом острове» выглядел убедительнее.

Впрочем, возможно, такая подача — следствие общего настроения. Стругацкие задумывали веселую историю про мушкетеров и инквизицию, но вышла мрачная повесть о тщетности попыток изменить ход истории. Веселый антураж остался лишь фоном.

В фильме Алексея Германа 2013 года эта безысходность доведена до предела. Сериал, кстати, отсылает к той картине: в первых кадрах с Арканара эвакуируют тело персонажа Ярмольника в узнаваемых доспехах.

Создатели явно выбрали курс на развлечение: экшена и шуток больше, чем философских размышлений о власти и тирании. Это напоминает экранизацию Петера Фляйшмана 1989 года, тоже с пустынным Арканаром и приоритетом боевика над смыслом.

Из современных ориентиров заметны «Дюна» Вильнёва, «Игра престолов» и даже Assassin’s Creed. Местами угадываются мотивы из «Этерны». Увы, целостности это не добавляет.

Ирония в том, что арканарцы поклоняются звездолетам и скафандрам, не понимая их назначения. Сериал — такой же карго-культ, собранный из внешних атрибутов, но лишенный глубины. Он не может заменить ни захватывающий сюжет, ни идеи, от которых авторы отказались.

Как говорит герой Безрукова на прощание: «Прощай, дружище; если б ты знал, на кого тебя поменяли».