«Яблони цвели, а гусь ходил один»: ликвидатор о Чернобыле

Ровно 40 лет назад, 26 апреля 1986 года, произошла авария на Чернобыльской АЭС. Полковник в отставке Юрий Розадорский, которому сегодня 96 лет, был среди тех, кто прибыл из Ленинграда в Чернобыль 2 мая 1986 года. В эфире, состоявшемся 10 лет назад, он рассказал детали, которые не вошли в учебники.

О том, что его отправляют в Чернобыль, Розадорский узнал 1 мая 1986 года. В тот день он гулял с внуком, когда его жена встретила его с тревогой. Ему позвонил оперативный дежурный и сообщил, что за ним прислали машину. «Я все схватил, в самолет. И прилетели в Киев. Вот, 2 мая», — вспоминает он. В штабе округа он набрал команду, взял технику и связь. 3 мая выехал из Киева, а 4-го ночью прибыл в Чернобыль. К тому моменту почти всех жителей из зоны отчуждения эвакуировали. «Развернулся — тишина», — отмечал он.

Первое, что поразило его, — это аромат цветущих яблонь. «Утром проснулись — яблони цветут, все пахнет, аромат. А ведь не видно заразы никакой — [радиация] не пахнет, ее не видно. Посмотрел — на улице нет никого, ходит один гусь только. Потом где-то за городом еще лошадь одна ходила», — рассказывал он. Приборы для измерения радиации требовали зарядки каждые сутки. Японские дозиметры привезли только к середине мая.

В зоне ликвидации быт был подчинен дезактивации. Каждый день людей возили в баню, где они оставляли всю одежду и получали новую. Использованное белье и технику уничтожали в могильниках — их нельзя было сжигать. «Всех оперативнее проявили себя белорусы — они эти могильники [организовали]», — вспоминал он. Машины, особенно рессоры и радиаторы, отправляли в могильник на второй-третий день.

С алкоголем было строго. Май 1986 года запомнился как сухой закон для офицеров. Один полковник из Москвы выпил рюмку на дне рождения, и председатель комиссии Герасимов, почувствовав запах, приказал немедленно откомандировать его обратно в Москву. «То есть настолько было строго это все», — констатировал Розадорский. Однако мародеры не боялись: он рассказывал, как остановил человека, катившего коляску с водкой.

Самые страшные воспоминания — о тех, кто выходил на крышу машинного зала, где лежали обломки графитовых стержней и ядерное топливо. «Молодежь — ну просто герои», — восхищался Розадорский. По его словам, добровольцы шли на крышу без колебаний: «Вот встанет строй. «Кто полезет на крышу? Все шаг вперед!». И все шаг. Командир говорит: «Три шага вперед кто полезет» И все — три шага».

Розадорский упомянул метод «живой» дезактивации, о котором тогда не писали. Ученые сеяли траву, которая за ночь впитывала радиацию, затем ее скатывали и отправляли в могильник, а на следующий день сеяли снова. «Конечно, это секрет. Я, может, и секрет болтанул», — заметил он.

В Чернобыле Розадорский пробыл меньше месяца. 29 мая он почувствовал себя плохо: «Меня [доставили] вертолетом из Чернобыля на носилках, и на лечение. Сначала на костылях, координации движения нет. А потом кандидат наук меня учила ходить по дорожке, по прямой».

Авария на ЧАЭС произошла из-за неудачных испытаний режима аварийного электроснабжения. По данным МАГАТЭ, причины — сочетание нарушений эксплуатации и недостатков конструкции. В результате взрыва двое погибли сразу, еще 29 скончались в больницах. Международное агентство по изучению рака прогнозирует около 16 тысяч случаев рака щитовидной железы и 25 тысяч других видов рака по всей Европе к 2065 году, вызванных чернобыльским выбросом. Из Припяти и 30-километровой зоны отчуждения эвакуировали 116 тысяч человек. Всего, по данным МАГАТЭ, за пределы загрязненных территорий вывезли около 300 тысяч человек. Через Чернобыль, по разным оценкам, прошли порядка 600 тысяч ликвидаторов. Экономические потери с 1986 по 1995 год, согласно материалам МАГАТЭ, составили 80 миллиардов долларов в Беларуси, 115 миллиардов на Украине и 1,15 триллиона в России. Зона отчуждения площадью 2,8 тысячи квадратных километров будет непригодна для жизни как минимум 20 тысяч лет. Яблони там цветут каждую весну, но их никто не видит.