Юрист ЧВК «Вагнера» — о Марше справедливости

Юрист Игорь Елисеев с 2016 года сотрудничал с Евгением Пригожиным. В 2026 году он выпустил книгу «Империя Вагнера», где описал судебные тяжбы с журналистами, лоббирование законов о забвении и дискредитации армии, а также сопровождение проекта «К» — набора бойцов из мест заключения. В беседе он поделился воспоминаниями о событиях 23–24 июня 2023 года.

Вечером 23 июня 2023 года в Telegram-канале «Разгрузка Вагнера» появилось видео об ударе по тыловому лагерю ЧВК. Вскоре Пригожин объявил о начале Марша справедливости — похода на Москву. Минобороны опровергло эту информацию. Утром 24 июня военная техника «Вагнера» взяла под контроль штаб Южного военного округа в Ростове-на-Дону. В Москве и ряде регионов ввели режим контртеррористической операции и отменили массовые мероприятия. Президент РФ Владимир Путин назвал действия мятежом и предательством. После переговоров с Александром Лукашенко Пригожин согласился остановиться, уголовное дело о вооруженном мятеже прекратили, а сам он уехал в Беларусь. 23 августа 2023 года самолет Пригожина разбился в Тверской области, погибли все 10 человек на борту, включая Дмитрия Уткина.

Елисеев настаивает на термине «Марш справедливости», а не «мятеж». По его словам, перед командирами не ставилась задача свержения власти — целью была смена руководства Минобороны. Юрист признаёт тонкую грань: статья 279 УК РФ требует насильственного изменения конституционного строя. Армия искала «предателей» внутри страны, не захватывая администрации и не устанавливая свои порядки, что юридически не подпадает под мятеж.

Сам Елисеев утверждает, что не знал деталей марша: его роль была посреднической между ЧВК и госструктурами (администрация президента, ФСБ). Пригожин держал в курсе лишь ограниченный круг людей. Подготовка, по оценке юриста, велась несколько недель, это была сложная операция. Поводом послужил прямой конфликт с Минобороны из-за нехватки снарядов и требования передать вооружение после взятия Бахмута, а также информация о подготовке силовой акции против ЧВК. Елисеев лично видел видео признания командира о минировании отходов под Бахмутом.

В день марша Елисеев находился под Москвой на гоночном треке. Связь с Пригожиным была оборвана, информацию он получал от звонков из спецслужб. Он пытался донести необходимость избежать кровопролития. Переговоры вели замминистра обороны Юнус-Бек Евкуров и первый замначальника ГУ Генштаба Владимир Алексеев, но изменить ситуацию удалось только белорусскому президенту Лукашенко, который дал гарантии.

В своей книге Елисеев приводит фрагмент личного разговора с Пригожиным через несколько дней после событий: «Ну что, Игорь, нормально мы их взбодрили? — улыбался Шеф. — Да, уж, по полной программе, — смеялся я в ответ, счастливый от того, что все остались живы». По словам юриста, Пригожин был готов погибнуть, считая, что умрёт героем, и его мечта сбылась.

Елисеев подчеркивает, что командиры «Вагнера» — патриоты с наградами — не поддержали бы силовой захват власти. Против них выставили силы от спецназа до молодых солдат, и стрелять в своих вагнеровцы не хотели. В ходе марша были жертвы: бойцы отвечали на удары с воздуха, сбив, по данным Первого канала, Ил-22 и два вертолета (всего погибло 10 человек в Ил-22). Сам Пригожин говорил о двух сбитых вертолетах. Минобороны не сообщало о потерях авиатехники.

Отдельно Елисеев комментирует эпизод с кувалдой, которую Пригожин использовал для казни перебежчика Евгения Нужина. Юрист называет это фактической смертной казнью и считает оправданным: таким образом предотвращались массовые переходы на сторону врага среди «проектантов». Он утверждает, что страх смерти был эффективным сдерживающим фактором. Пригожин хотел легализовать смертную казнь в России, даже готовил законопроект, но Администрация президента не согласовала.

В книге описан звонок друга из СОБРа, который сообщил, что их перебрасывают в Москву с приказом стрелять по вагнеровцам на поражение. Елисеев ответил, что сам в марше не участвует, и попросил не стрелять друг в друга, предупредив, что вагнеровцы — смертники и дойдут до конца. Высокопоставленные чиновники сообщали, что руководство покинуло Москву, понимая, что ее не удержать.

Ещё один фрагмент: Пригожин звонил Алишеру Усманову, чтобы договориться об удалении статей. Когда секретарь сказала, что Усманов на яхте и связь нестабильна, Пригожин пригрозил позвонить в посольство США и сказать, что они лучшие друзья. Через минуту Усманов перезвонил.

Елисеев признает, что участвовал в разработке законов об ограничении свободы СМИ и дискредитации армии. Сначала он считал это правильным для борьбы с либеральными СМИ, но позже, когда закон стали использовать для запрета любой критики, он счёл это неправильным. Как юрист, он считает, что у людей должно быть право задавать вопросы властям.

Юрист поясняет, что работал в «серой зоне», понимая, что законы для него больше не действуют. Он считает, что если государство не вводит необходимые нормы (например, о смертной казни предателей), то такие решения принимаются неформально. ЧВК изначально была неформальной структурой, и, по его словам, он пытался вписать ее в правовое поле.

Проект «К» завершён, всем участникам выдали ветеранские удостоверения и социальную помощь. Рецидив среди вышедших с фронта был в 30 раз ниже, чем среди обычных освобождённых. Это объясняется личным контролем: к каждому приезжали представители службы безопасности или сам Пригожин с предупреждением не нарушать закон.

Структура ЧВК «Вагнера» существует, но где именно работает — Елисеев не может сказать из-за гостайны. Сам юрист уволился в декабре 2025 года, до этого занимаясь социальными вопросами по поручению Пригожина. Книгу он написал как дань памяти, чтобы показать сложную личность Шефа. По его словам, к нему приезжали спецслужбы, интересовались политическими планами, но он заверил, что повторять действия Шефа никто не собирается.