В петербургской сыворотке нашли мыльную жидкость

Технический директор «Орили» описывает ситуацию так: «Столкнулись с вопиющей ситуацией: наше контрактное производство „КРЛАБ“ в Ленинградской области отгрузило часть партии сыворотки с витамином С с инородным составом внутри, по факту в баночках оказалось что-то похожее на мыло. Покупатели на маркетплейсах начали жаловаться на жжение и странную пену. Мы экстренно отозвали партию (убытки — более 1,5 млн руб.), но завод ушел в отказ, несмотря на результаты экспертизы. Сейчас дело в суде».

В компании уверены, что репутация бренда, представленного на маркетплейсах и в крупных косметических сетях, пострадала из-за ошибки производства. В подтверждение приводится видеозапись распаковки посылки с одной из торговых площадок: жидкость в фирменном флаконе ведет себя подозрительно — пузырится и пенится при нанесении на тыльную сторону ладони.

«У нас есть топ-1 продукт, рецептура которого доведена до идеала — стирает любую пигментацию и возвращает сияние коже, и это сыворотка Vitamin C. Именно ее мы отдали на контрактное производство предприятию „КРЛАБ“ в Ленинградской области. Заранее, кстати, мы оплатили рекламу у блогеров на 300 000 рублей (нужно же рассказать о таком продукте!) и уже заключали договоры на бОльшие объемы рекламы, снимали контент, — рассказывают в „Орили“. — Спустя неделю бренд начал получать негативные отзывы, в которых было описано инородное содержание в баночке. Вместо сыворотки в банке содержалась пенящаяся жидкость. Мы в свою очередь, получив такую обратную связь от клиентов, сразу полностью остановили продажи, потеряв на этом более 1,5 млн руб., и сделали выкупы товаров со всех площадок, чтобы убедиться в достоверности отзывов».

По словам представителей «Орили», компания выкупила более 100 своих флаконов и в 40% из них обнаружила инородное содержимое. Затем сыворотки отправили на экспертизу, которая подтвердила: в баночках был иной химический состав, предположительно, мыльное средство.

Оба участника спора ранее не были замечены в громких скандалах. «Орили» позиционирует себя как бренд, созданный в 2023 году в Петербурге энтузиастами с медицинским образованием. Компания самостоятельно разрабатывает рецептуры, опираясь на аптечные решения с доказанной эффективностью, но производство доверяет другой компании.

«КРЛАБ» начинала в 1999 году с мелкого производства косметики и бытовой химии. Сегодня у компании есть контракты с торговыми сетями и собственные марки. На официальном сайте указано: «Вся продукция, выпускаемая компанией, проходит многоступенчатый контроль качества».

Согласно данным «Спарк-Интерфакс», за 10 лет у «КРЛАБ» было всего четыре судебных разбирательства. В 2024 году производство подало иски в Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти к двум компаниям, «Фитоматик» и «Ботани», о взыскании задолженности за изготовление косметики. Оба дела закончились мировыми соглашениями. В апреле 2025 года с иском к «КРЛАБ» о расторжении договора и взыскании 1 150 490,43 рубля убытков в суд обратилась компания «Орили». В мае суд оставил иск без движения, потому что истец не предоставил документов об оплате госпошлины и приложил доказательства обоснованности своих финансовых претензий только на 438 200 рублей из затребованных 1,15 млн. В июне 2025 года все первоначальные вопросы с документами утрясли, и суд возбудил производство по делу. А потом заседания начали откладывать — в общей сложности пять раз, — чтобы получить дополнительные документы и уточнения. За это время «КРЛАБ» успела закинуть собственный иск к «Орили» на 200 тысяч рублей, который суд удовлетворил. Речь шла о взыскании задолженности в размере 128 тысяч рублей по договору, который стороны заключали еще в июле 2023 года, и 73 тысячах пеней и расходов по уплате государственной пошлины.

«Орили» — не слишком крупный бренд, и миллион для него — серьезные деньги. Чистая прибыль компании в 2024 году составила 6,88 млн рублей, а в 2025-м и того меньше — 6,26 млн. У «КРЛАБ», которая варит косметику для разных заказчиков, дела идут в гору. В 2024 она заработала 13,33 млн, а в 2025-м — уже 22,88 млн.

В «Орили» утверждают, что в ходе судебного процесса вскрылись нарушения производством требований технического регламента: завод якобы не оставлял у себя контрольных образцов партии, и им не с чем было сравнивать продукцию, которую они производят; на производстве также не проверялось качество готового товара перед фасовкой; продукция для «Орили» не направлялась на исследование, но производство выдало декларацию о соответствии; журнал варки косметики якобы велся «на коленке».

В «Орили» предполагают, что варка всего объема, вероятно, производилась не за один раз, а за два или более. «И в первый раз, когда мы всё проверили, продукт соответствовал нашей рецептуре, а в другой раз, о котором мы не знали и которого просто не должно было быть, было залито что-то похожее на мыло», — говорят в компании.

В «КРЛАБ» видят ситуацию совершенно иначе. Там утверждают, что у них и контрольные образцы продукции есть, и проверка качества перед фасовкой, а декларацию соответствия выдал ФБУ «Тест-С.-Петербург».

«Данная компания выпускала у нас эту сыворотку два года, и всё было нормально. Они продали 800 штук продукции, на эти 800 штук у них три скриншота с отрицательными отзывами, хотя они говорят, что таких отзывов была сотня, — сказала „Фонтанке“ гендиректор „КРЛАБ“ Ирина Оноприенко. — Они не могут предоставить в суд документальные подтверждения своих убытков и сколько флаконов и откуда они выкупали. Независимая экспертиза сыворотки была сделана в неаккредитованной лаборатории, адреса которой нигде в документах нет».

«По экспертизе — заключение подготавливалось специалистом, имеющим высшее образование по специальности 18.03.01 „химическая технология“ и удостоверение о повышении квалификации по направлению „основы технологии косметических средств“, — отвечает на это Дарья Виноградова, технический директор бренда „Орили“. — В последующем была выдана рецензия на данное заключение, подтвердившая его полноту. Мы искали специалиста именно с профильным образованием и квалификацией в сфере косметических средств. На счет информации от „КРЛАБ“, что мы продали 800 штук продукции, — это неправда. Мы поставили товар той партии в двух поставках (по факту трех, так как маркетплейс принял сам товар одной из партий два раза, это обычная у них практика). Мы вернули 1703 штуки товара, что нотариально заверено. Разница между поставленным браком и вывезенным нашими силами — 91 штука, но часть товара маркетплейс потерял при обратной доставке нам, другая часть была выкуплена нами или продана покупателям. Покупателям мы вернули деньги и принесли свои извинения».

«Мы не знаем, что именно они предъявили на экспертизу, — парирует Ирина Оноприенко. — Они писали жалобу в Роспотребнадзор, проверка ведомства закончена, всё хорошо — все документы предоставлены в суд. А флакончики, из-за которых идет спор, „Орили“ не предъявила поставщику, то есть нам. И никому их не показала. И когда они вернули всю партию, не пригласили представителя поставщика на осмотр. Возможно, они что-то залили туда свое. И вообще, у продукции уже срок годности истек. К тому же после выпуска спорной продукции они заказали у нас еще партию точно такой же продукции. И претензий по ней нет. Компания „Орили“ нам за эту партию должна 120 тысяч рублей. Иск выигран, но компания продолжает оспаривать долг. Подтвердить свои расходы документально они тоже не могут».

В «Орили», в свою очередь, говорят, что бренд понес огромные потери — и репутационные, и финансовые. Сыворотка с витамином С обеспечивала компании основные продажи, а из-за бракованной партии на какое-то время этого продукта не оказалось в наличии. Смена контрактного производства тоже потребовала ресурсов: завод, который как минимум выглядел бы некустарно, надо было найти, а потом заново оформить всю документацию на продукты.

«В ходе заседания они давили на то, что мы должны доказать, что сыворотка для лица не должна пениться, — рассказала „Фонтанке“ Дарья Виноградова. — То есть такой абсурд уже начался, что мы должны очевидные вещи доказывать. Наш юрист теперь готовится это обосновывать, в том числе по ГОСТу и по словарю. А убытки мы обосновали еще несколько месяцев назад. Они складываются из себестоимости товара, всех комплектующих, затрат на рекламу, расходов на логистику и комиссию маркетплейсов. От маркетплейсов мы очень долго ждали документацию, а потом пришлось нотариально заверять скриншоты нашего кабинета на сайте, чтобы предоставить в суд. Мы ничего лишнего не требуем, только то, что документально подтверждено».

Так все-таки что было в тех флаконах, сыворотка или мыло?

«Мы отгружали сыворотку, — настаивает гендиректор „КРЛАБ“. — А на контрольную проверку продукции, возвращенной с маркетплейса, нас не пригласили. Почему? Потому что они сделали это всё в неаккредитованной лаборатории».

Технический директор «Орили» тоже непреклонна: «Когда покупатели заметили брак, мы остановили продажи и удостоверились: там была не наша сыворотка, а какой-то пеномой с другой отдушкой и другой консистенцией». Очередное заседание суда по делу о мыльной сыворотке запланировано на 6 ноября.