Капустный фестиваль собрал 19 тысяч гостей

Сечка с грохотом опускается на кочан — ещё удар, ещё один. На Белелюбском мосту через Мсту почти две сотни человек рубят капусту на скорость. В Боровичах в этот день капуста повсюду: на параде, в десертах и костюмах. На «Крошево» приехала почти половина населения города, а началась шумная капустная кухня с семейной традиции предпринимателей, которые решили не уезжать из маленького города, а вдохнуть в него новую жизнь.

На центральной улице Боровичей маршируют и отбивают ритм барабанщики в форме — за ними ползёт трактор с целым кузовом блестящих кочанов. Капустный парад направляется к сцене, где в небо вот-вот поднимут зелёного гиганта — главное блюдо и главного героя фестиваля. В процессии — капустные мини-версии, в нарядах и лозунгах — про капусту в кошельках и «полный голубец». Мальчишки норовят ободрать пару листочков на перекус, на обочине — следят за капустными беретами и расписными юбками через экраны телефонов.

Первое, что замечаешь в Боровичах, — здесь всё какое-то невысокое. На одной улице — дореволюционный купеческий дом, за поворотом — невысокий деревянный, дальше — каменные здания старого центра. Город не выглядит декорацией под старину — он просто не успел окончательно расстаться со своим прошлым.

История у Боровичей гораздо длиннее их нынешнего масштаба. Поселение впервые упоминается в документах ещё в конце XV века, а статус города получило в 1770 году при Екатерине II. Настоящую жизнь ему долго давала не торговля как таковая, а Мста. Боровичи стояли на важном водном пути, а местные жители прославились как лоцманы — они проводили суда через опасные Боровицкие пороги. Для города это было не просто ремесло: целые поколения зарабатывали на реке, а сам Боровичский край жил в ритме проходивших здесь судов.

Постепенно река уступила железной дороге, а лоцманов сменили фабрики. В XIX веке в окрестностях нашли залежи огнеупорных глин, и производство огнеупорного кирпича стало одной из основ местной промышленности. Но старые Боровичи всё равно остались городом небольшим и камерным — сегодня тут живёт около 46 тысяч человек — по меркам областного центра это скорее размер района, чем отдельного города. В солнечную субботу город собрал в качестве гостей почти половину своего населения — из мегаполисов в уютные Боровичи приехали 19 тысяч человек.

В их числе — самые активные участники Капустного парада, команда с креативным макияжем: глаза — «смоки-листочки». Собрала команду петербурженка Марина, которая влюбилась в фестиваль в 2025-м и заразила бывших коллег, однокурсников, соседей и друзей друзей — под группу пришлось арендовать небольшой автобус. Одна из подруг добиралась сутки — из Кирова.

— Никто не отмахнулся, разве что те, кто не смог из-за работы. Я в Боровичах уже пятый раз, маленькие купеческие города заслуживают внимания, они прекрасные, — объясняет Марина. — Вот вы знаете, в Петербурге я на такие фестивали не пойду — слишком много народу. А здесь ощущение семьи, я в Боровичах уже многих знаю — приезжаю и знаю, что встречу своих.

Купеческий городок Марина ласково называет приобретённой малой родиной, которая по праву рождения жителю мегаполиса не досталась.

На поляне в переулке Реппо тем временем другая процессия держит курс к громадному чану щей — супа к фестивалю наварили рекордные 800 литров. Едят серые щи за длинным общим столом — ряд картонных супниц и их счастливых обладателей быстро занимает все двенадцать метров. Есть в капустном меню вариации и менее традиционные: спешл-смузи «Гигант с капустой», капуста-барбекю с пастрами и чипотле, пита с маринованной капустой и фалафелем и хрустящая цветная капуста с соусом блю-чиз.

В капустной арке — камерный ЗАГС, где весь день регистрировали капустные браки. «Готовы делиться последним капустным пирожком и стоять в очереди за щами?» — проверяют молодожёнов на серьёзность намерений. «Готовы!» — отвечают Сергей и Снежана, тоже гости — из Петербурга.

— Обещаете не терять друг друга из вида? Не обещаете? Жена, вы подумайте: соглашаться или нет. Кольцо потерял, ничего не обещает, — язвит регистратор капустного заключения брака. Но вот зелёное обручальное найдено, клятва — дана, а в честь росписи звенит серебристый колокольчик.

Капуста на площади повсюду — и в тарелках, и в декорациях: выглядывает из вазонов, растёт в теплице, отдыхает в стогах-фотозонах и становится лейтмотивом в кружевах и рисунках в зоне мастер-классов. Получается почти историческая рифма: в главные престольные праздники у Троицкого собора устраивали большие недельные ярмарки — Введенскую, Троицкую и Модестовскую. В 1930-е снесли и купола, и колокольню, а в уже наши 20-е — восстановили. Спустя почти сто лет площадь у храма снова полна людей — и снова здесь праздник. Только теперь вместо церковного звона над ней разносится запах серых щей.

Своему капустному облику Боровичи обязаны Евгению и Марине Антоновым — местным предпринимателям и основателям фестиваля «Крошево». В нулевые они решили повторить мягкие кубики, которые подарили их дочери на первый день рождения: так появилась фабрика детских игрушек «Мякиши». К 2023-му выручка бизнеса перевалила за 300 млн. Прибыль пара начала инвестировать в город — отреставрировали исторические усадьбы, открыли два ресторана, где готовят блюда из местных фермерских продуктов.

— Вы видели, что город Боровичи находится ровно посередине между Питером и Москвой, на границе потрясающего Валдайского парка. Ну куда отсюда уезжать? Тем более, если здесь комфортно и здесь можно делать бизнес на всю страну, — объясняет своё желание жить и работать на малой родине Евгений Антонов. — Если я люблю Москву, а Марина — Петербург, нам не составляет труда на три дня съездить, посетить театры, музеи, выставки.

В 2019 году от внешнего преображения Боровичей предприниматели перешли к «наполнению» — и из местной традиции сотворили фестиваль. Крошево — это осенняя заготовка для серых щей, для которой используют верхние, более жёсткие листья. Само слово «крошево» весьма точно описывает способ приготовления: капусту именно крошат, превращая жёсткие листья в мелкую массу.

В семьях Марины и Евгения крошево рубили каждую осень — после Покрова, когда приходило время делать запасы на зиму. Около 25 лет назад они стали собираться на крошево семьями, со временем — с друзьями, детьми, внуками. Организаторы говорят, что и сегодня в Боровичах остаются дома, где крошево заготавливают по старому обычаю, и именно это стало для них главным аргументом вынести семейную традицию за пределы кухни.

В этом году на «Крошево» дебютировали новый трактор и духовой оркестр, к основной сцене добавились театральная и малая — с авторской музыкой и диджей-сетами. «Мы прилично приросли», — отмечают супруги. Цель предпринимателей — трансформировать родной город, но не с плеча, а мягко и с любовью: не навязывать модные тенденции извне, а распаковывать то, что в Боровичах и боровичанах спрятано, чтобы местные чувствовали себя к этим переменам причастными. Так, посетителей «Крошева» в этом году встречали рисунки маленьких боровичан — где фестиваль и сама традиция показаны их глазами.

Когда-то вся торговая жизнь Боровичей кипела у Мсты: по реке шли суда, здесь проходили товары, а город жил своим главным водным путём. На фестивале жизнь снова кипит, только над рекой, а не на ней — и пешеходный мост Белелюбского на полчаса становится огромной кухней. Команды готовятся браться за сечки: перед каждой — кочаны, морковь, коробка соли и деревянный ящик-посудина.

Команды к главному действу фестиваля — Капустной зарубе — приготовились, как к карнавалу: за столами мелькали мантии, кислотные шубы и единороги. За ограждением выстроились болельщики, одни из самых активных — у команды производства сыра с Валдая «Дерзкий пармезан». На вопрос, как понять по коллеге, что именно его надо послать крошить капусту, одна из болельщиц уверенно отвечает: «Самого активного». Среди местных команд — «Мякиши», с одноимённой фабрики детских игрушек. Его сотрудницы признают, что в маленький город заманить людей сложно, поэтому они особенно ждут «Крошево» каждый год.

По команде ведущего сечки застучали одна за другой — на полях «Крошево» капустная заготовка из семейного ритуала перешла в дисциплину почти спортивную. «Олимпийским» свой подход к зарубе называет и глава округа Андрей Герасимов — имея в виду не изнурительные капустные тренировки, а гостеприимство.

Сечки стучат одна за другой. Суетится у овощей команда из Петербурга — «Уквашенных» собрала подруга Ольга, которая уже участвовала в зарубе в прошлом году. «Честно говоря, я капусту не ем, мне не нравится, но мероприятие офигенное. В Петербурге как будто бы слишком много всего происходит — ты иногда даже не знаешь об очередном празднике или фестивале. И в больших городах всё-таки слишком много людей», — отмечает она.

Крошили капусту и москвичи — два Александра и два Константина, итого — «СанКостино». На вопрос, чем «Крошево» может удивить столицу, команда рапортует: «Сначала думали: крошить капусту — это что вообще? Поехали за компанию, но приятно удивились — прошло выше ожиданий, и сами Боровичи — красивый городок».

Время вышло — мост вернули пешеходам. А победа, несмотря на наплыв гостей, досталась местной команде «Новобанковский капустник» — участница призналась, что в ожидании результатов задрожала и ощутила «какой-то мандраж», как предчувствовала. Фестиваль к туристам они совсем не ревнуют — и город украшают, и побеждать приятнее, когда есть конкуренция. А секрет их успеха перекликается с тем, ради чего всё и было задумано:

— Да мы же дома тоже рубим. Так что рука набита.

Неподалёку от набережной весь день работали фермерский рынок с новгородскими продуктами и товарами в основном. Среди них — лавочка «Мстинской гончарни», создатели которой уже девять лет возрождают традиционное для города ремесло.

— Раньше же как? Три-четыре человека — уже считалось: гончарный завод. В Боровичах их всегда было очень много — заводиков, ремесленников, мастерских. В советский период все загнулось, никого не осталось, — рассказывает керамист Ольга Студенцова.

Местная керамика — это далеко не только горшки, чашки и тарелки. В Боровичском районе есть месторождения огнеупорной глины — той самой, которая выдерживает «температуру вулкана». Когда-то эта глина стала основой целой промышленной империи, а Мста — дорогой, по которой её продукция уходила дальше. На боровичских кирпичах построен Петербург — с заводов Нобелева, Вахтера, Беляева. До сих пор, когда вскрывают старые улицы, находят сантехнические трубы, тоже из глины. Ольга берёт в руки современную заготовку и объясняет: после сушки и обжига глина неизбежно меняет форму, деформируется, «ведёт» изделие. А старые трубы должны были идеально входить одна в другую.

— Мы до сих пор не понимаем, как это было сделано, — признаётся она. — Они идеально ввинчиваются друг в друга. Там не то что зазоров нет — всё притирается до десятых, до сотых миллиметра.

До технологии предков их современники пока не дошли, но обжиг в дровяной печи на экстремально высоких температурах — берегут, а в новых изделиях пытаются соединять современные тенденции, технологии и старинные рецепты. По уже новой боровичской традиции, второй жизни старое ремесло обязано энтузиасту — Сергею Тихонову, профессиональному музыканту и руководителю школы искусств, который однажды решил изменить свою жизнь. Отучился на керамиста и открыл первую мастерскую.

К вечеру народ стекается к сцене у Троицкого собора — скоро диджей-сет сменится живыми голосами артистов, а пока самое время осилить оставшиеся в 800-литровом щи. Неспешно идут на концерт две подруги — они пропустили и парад, и зарубу из-за работы. «Очень много изменений в Боровичах за последние года. Может быть, это и связано с тем, что такое масштабное мероприятие и люди будут приезжать и смотреть на наш город», — отмечают они.

Создатели «Крошева» закладывают на трансформацию города ещё десять лет. «Как я это вижу: среднестатистический житель Москвы или Санкт-Петербурга, уставший от большого мегаполиса, открывает соцсети, листает его и говорит: „Слушайте, что это за яркое место с удивительными людьми, которые творят, которые находят себе занятия в этом уютном городе? До работы им семь минут, до спортзала — две. Вот сюда я хочу поехать“, — говорит Евгений Антонов. — „И — чтобы было „Крошево“. У тех, кто, наоборот, когда-то перебрался из Боровичей в город побольше, — как день встреч и повод год за годом возвращаться на малую родину“.