usd 60.90
eur 62.54
Все новости
Все новости

«В этом и счастье, что мы здесь одни!»: истории горожан, которые уехали в заброшенные деревни и ни за что не вернутся обратно

Они ведут хозяйство, наслаждаются тишиной и разбираются с бытовыми проблемами

Анатолий Федорович после долгих лет жизни в городе вернулся в родную деревню

Анатолий Федорович после долгих лет жизни в городе вернулся в родную деревню

Поделиться

Наши герои живут в заброшенных деревнях, их ближайшие соседи — в десятке километров. И они счастливы и возвращаться в город не собираются. Что наполняет их жизнь радостью? Как можно вести быт, если в округе нет магазинов и банкоматов? Реально ли бросить всё и уехать в деревню, как мечтают тысячи менеджеров на грани выгорания? Корреспонденты NGS24.RU побывали в деревнях, жизнь в которых теплится силами единственных жителей, и нашли все ответы на эти вопросы.

«Да я там быстрей загнусь, в этом городе вашем!»

В одном из ближайших к Красноярску районов в деревне Верхнешалинское живут только два деда. Один из них обитает там постоянно, второй приезжает на лето.

Деревня Верхнешалинское с высоты птичьего полета

Деревня Верхнешалинское с высоты птичьего полета

Поделиться

Пока доедешь до Верхнешалинского — разобьешь подвеску и спишешь амортизаторы. И это в сухую погоду! В бездорожье на узкую грунтовку лучше не соваться. Оно и понятно — кто будет делать комфортную проселочную насыпь ради двух престарелых отшельников?

— Как же вы до цивилизации добираетесь, Валентин Иванович? — спрашиваем мы у местного жителя по прибытии.

— Вон она стоит, моя беда и выручка! — тычет пальцем дедушка на УАЗ-«буханку».

Валентину Ивановичу уже почти 80 лет. В Верхнешалинском он родился и вырос, помнит свою родную деревню еще в расцвете, вспоминает и в упадке, когда колхоз закрыли, молодежь потянулась в город, домики разбирали, грузили на телеги и перевозили в более крупные сёла.

Единственный житель, прописанный в деревне Верхнешалинское

Единственный житель, прописанный в деревне Верхнешалинское

Поделиться

Сам он вернулся в деревню в 1992-м. С неприкрытой обидой вспоминает, как обошлась с ним жизнь.

— Я же в Красноярске жил, работал в трамвайно-троллейбусном управлении, получил квартиру. А потом меня сократили. Всех тогда сокращали! — рассказывает пенсионер.

На свою теперешнюю жизнь отшельник не жалуется. Деревенский быт ему по душе. Если бы захотел, жил бы в городе. Там у него дети, внуки и жена, которой здоровье не позволяет часто ездить в деревню. Валентин Иванович держит хозяйство: корову-кормилицу с приплодом и еще одну — та пойдет на мясо. С покосом помогают дети, их у Валентина Ивановича четверо, и все периодически навещают.

— Я в городе вот недавно был. Только не могу я там. По углам в квартире болтаюсь, что делать, не знаю. Даже на улицу выйдешь и делать нечего. Правда, дети свозили в зоопарк да на самолеты посмотреть, которые на посадку заходят, — говорит деревенский житель. — А тут у меня хозяйство! Только разваливается уже всё...

Помимо коров, Валентин Иванович держит птицу: гусей, куриц и цесарок

Помимо коров, Валентин Иванович держит птицу: гусей, куриц и цесарок

Поделиться

Несмотря на то что деревня Верхнешалинское находится всего лишь в 11 километрах от райцентра, выживать отшельнику здесь непросто.

— Нынешней зимой более-менее стало, дорогу стали чистить после сильного ветра, пурги, снегопада. Там в начале даже начали отсыпать, видали, наверное, когда ехали? А раньше никто внимания не обращал, доходило до скандалов у нас. Местным властям было всё равно, что я тут живу. А ведь КрУДор (Управление автомобильных дорог по Красноярскому краю. — Прим. ред.) даже оплачивало манскому доротделу, чтобы сюда они чистили дорогу. А те, видать, деньги получали, а чистить не чистили, я прямо скажу! — с горечью говорит отшельник.

В хозяйстве Валентина Ивановича есть старый трактор и уазик

В хозяйстве Валентина Ивановича есть старый трактор и уазик

Поделиться

С электричеством тоже была беда. После того как деревня окончательно сгинула, пообрезали и все сети в округе. Одинокий житель попытался «подцепиться» к линии совхозного коровника, он числился за администрацией райцентра. Сельчанин заверил, что будет исправно платить, но и тут ему навстречу не пошли. Пришлось тянуть провод к сетям, которые пока еще стоят в районе отработавшего карьера.

Ко всем бытовым тяготам Валентин Иванович привык. Детям, которые порой издалека заводят разговор о переезде, решительно отвечает:

— Да я там быстрей загнусь, в этом городе вашем! Здесь свежий воздух. А если скучно, нечего делать, пожалуйста, ходи! Раз прошел до дороги, потом назад, так и вечер пройдет! — смеется пенсионер. Он действительно иногда так коротает свободные зимние вечера, когда внезапно обрывается телесигнал. Привезенная потомками спутниковая тарелка тоже не всегда дюжит.

Летом у старика совсем другие заботы. От зари до глубокого вечера он суетится по хозяйству. Иногда заходит поговорить сосед — Анатолий Федорович. Он пока непостоянный житель Верхнешалинского. Зимой находит работу в городе, а поздней весной возвращается в деревню, где родился и вырос. Изредка дедушки садятся в уазик и по колдобинам едут в райцентр за сигаретами и хлебом. Это основные нужды отшельников. По больницам и поликлиникам они не ходоки. Здоровье, говорят, пока не слишком подводит.

Анатолий Федорович строит дом в заброшенном селе вопреки желанию родственников

Анатолий Федорович строит дом в заброшенном селе вопреки желанию родственников

Поделиться

Анатолий Федорович тоже решил окончательно осесть в деревне. Ему почти 70, всю жизнь он работал парашютистом-пожарным. Исколесил страну от Карелии до Магадана. Как сам признается, «совершил круг почета, а теперь потянуло на родину». Заказал у строительной бригады сруб, поставил под крышу на месте родительского дома, на очереди — печка. Если успеет собрать до холодов, уже и зимовать можно.

— Тут ведь раньше такая красота была! — Анатолий Федорович, прищуриваясь, оглядывает просторы. — И фермы были. А потом стали укрупнять эти хозяйства и не стало жизни в деревне. Я ко всему этому отрицательно отношусь! Надо, чтоб деревни восстанавливались. Кто будет город кормить?

Осталось поставить печку — и можно зимовать

Осталось поставить печку — и можно зимовать

Поделиться

У Анатолия Федоровича в городе дочка и внуки, которые его стремление уехать в глухую деревню не одобряют:

— Говорят, делать тебе нечего! А что мне им ответить? Ну привык я к тайге! Город мне не нужен.

«Минус уединения — волки»

У деревни Белогорки, которая расположена в том же районе, что и Верхнешалинское, тоже незавидная судьба. Основана она была еще в позапрошлом веке, и в лучшие времена в ней проживало 540 человек. К 2010 году число постоянных жителей сократилось до 22, но было немало и сезонных обитателей, которые приезжали на лето. Деревушка в окружении посевных полей недалеко от райцентра и в 100 километрах от города привлекала дачников.

От центральной улицы Белогорки остались только трубы печей

От центральной улицы Белогорки остались только трубы печей

Поделиться

Окончательно поселение погибло в 2017-м, когда местный фермер решил избавиться от сухой травы на полях старым дедовским способом — поджогом. Из-за ветра в считаные секунды пламя разгорелось и пошло на дома. Первой выгорела центральная улица, пострадали и окраинные. Люди разъехались. Спустя год единственный чудом уцелевший дом купила семейная пара из Железногорска — Николай и Ирина.

Николай — горожанин с деревенской душой

Николай — горожанин с деревенской душой

Поделиться

Спустя 4 года жизни в заброшенной деревне бывшие горожане-отшельники выглядят абсолютно безмятежными и счастливыми.

— Вообще я военный пенсионер, — рассказывает Николай. — Всю жизнь мы с женой прожили в городе и о деревенской жизни на практике не знали ничего. Но вот приняли решение перебраться на землю. Захотелось нам! Причем целенаправленно искали дом в отдалении, чтобы никаких соседей не было. Сейчас с абсолютной уверенностью могу сказать: в этом плюс и счастье, что мы здесь одни!

Козел Яша следит за порядком в стаде

Козел Яша следит за порядком в стаде

Поделиться

В Железногорске у деревенской четы осталась квартира, в которой сейчас живет сын.

— Наведываемся иногда туда, но крайне редко, с неохотой, — смеется фермер.

За четыре года жизни на земле отшельники обзавелись немаленьким хозяйством: они держат коз, овец, пчел, гусей и поросят. Николай признается, что первые шаги в скотоводстве делал, посмотрев обучающие ролики на Youtube. Сейчас он осваивает пчеловодство и даже взял субсидию от государства на содержание и развитие домашней пасеки.

Николай — начинающий пчеловод

Николай — начинающий пчеловод

Поделиться

— Я пчелами занимаюсь уже пятый год, но всё равно знаний очень-очень мало, — Николай достал рамку из улья. — Вот здесь моя любимая пчелиная семья живет: добрая, общительная, незлобивая. Они уже начинают печатать соты, скоро можно будет качать мед.

Инфраструктурой деревенский житель тоже доволен — хорошая грунтовка, относительно новые электросети. Если свет и отключают, то на несколько часов.

— Знаете, какой единственный минус жизни в уединении могу назвать? — спрашивает фермер. — Волки! Людей-то в округе нет, так они никого не боятся. Приходил нынче волк зимой, сожрал барана. Вон, одна шкура висит.

Ирина обожает своих животных

Ирина обожает своих животных

Поделиться

Жена Ирина своего мужа во всем поддерживает и признается, что ни разу не пожалела, когда кардинально поменяла образ жизни. В 47 лет она научилась доить козу, ощипывать птицу, принимать роды у животных.

— Почему-то есть миф о том, что деревенские встают в пять утра и идут в хлев. А я вот поспать люблю! У меня козы приучены, что я могу проснуться поздно, подоить в полдень, а потом в полночь, — рассказывает Ирина. — А в город я даже и не хочу ездить. Приходится иногда, конечно, потому что родители там остались. Но желания там задержаться больше, чем на одну ночь, нету.

Помимо рогатого скота фермеры разводят птицу

Помимо рогатого скота фермеры разводят птицу

Поделиться

Супруги с неудовольствием говорят, что в последнее время жизнь в деревне, как ни странно, возрождается. Фермер из Норильска открыл неподалеку коровник и нанял на работу двух киргизов. Иностранцы поселились в заброшенном доме на краю Белогорки. По-русски они говорят очень плохо, поэтому общение не складывается. А поля в округе стремительно засеиваются рапсом, что не очень хорошо для пчел, так как мед начинает кристаллизовываться еще в ячейках сот.

— Сельских жителей, может, и правда меньше становится. Но вот сельским хозяйством у нас заниматься не перестали, это мы видим со своего подворья. Люди работают на земле, — говорит Ирина.

Деревня будет жить за счет дачников

Эксперт фонда «Институт экономики города», урбанист Роман Попов уверен, что многие сёла и деревни свой потенциал уже исчерпали. А все, кто хотел и мог уехать из сельской местности, уже это сделали.

Заброшенный дом в деревне Белогорке

Заброшенный дом в деревне Белогорке

Поделиться

— Когда мы пытаемся удержать где-то население или, напротив, привлечь куда-то, из этого, как правило, ничего не выходит. Человек всегда будет ехать туда, куда ему хочется. И у него должны быть возможности для продолжения жизни, работы, карьеры. Одна ситуация, когда мы говорим про изолированные села в глухих местах — такие менее жизнеспособны. И другое дело — поселки, сёла, расположенные на транспортных магистралях и у крупных станций железной дороги. Самое же благоприятное будущее у деревень, расположенных в городской агломерации. Там люди могут себе позволить роскошь работать в городе, не уезжая из деревни, — отмечает урбанист.

Многие дома стоят заброшенными и доживают свой век

Многие дома стоят заброшенными и доживают свой век

Поделиться

Роман Попов считает, что рост городов и агломераций благотворно скажется на возможностях сохранения многих сёл:

— Зоны влияния крупных городов становятся всё шире и шире. Они охватывают в свою орбиту даже те населенные пункты, которые раньше считались отдаленными. Сейчас в связи с развитием автомобилизации и развитием средств коммуникации люди на дачи или во второе жилье удаляются всё дальше от центральных городов. Посмотрите на москвичей-дачников, они уже давно освоили и Тверскую, и Ярославскую области.

По мнению эксперта, именно дачники — спасение русских деревень. Их сезонная миграция еще долго будет поддерживать жизнь очень многих населенных пунктов и благоприятно скажется в том числе на существовании укоренившегося населения.

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter