Костин против зумеров: удаленка, зарплата и четырехдневка

На Восточном экономическом форуме глава ВТБ Андрей Костин вступил в заочную дискуссию с поколением зумеров. Он высказался об их отношении к удаленной работе, поздним сообщениям от руководства и сокращенной неделе.

«Удаленная работа и игнор сообщений начальства после 18:00 — „стрем“», — заявил банкир. Он признался, что многое в поведении молодых сотрудников ему кажется странным. Особенно его удивляет позиция мужчин: «Для меня всегда это было странно. Я считал, что <…> мужчина должен точно пахать. Вот как он начал, то должен работать, зарабатывать, карьеру делать».

Костин также отметил, что высокая зарплата на старте — это «норм». Однако он не понимает желания части молодых людей работать четыре дня в неделю, называя такое стремление странным.

Сам глава ВТБ признает, что не всегда доволен поздними сообщениями от подчиненных: «Когда в полночь получаю от сотрудника какую-нибудь информацию, я не всегда доволен, иногда высказываюсь достаточно резко, если информация не заслуживает того внимания».

Гендиректор сервиса GdeRabota.ru Екатерина Агаева пояснила, что для старших поколений доступность сотрудника часто символизирует вовлеченность. Если человек отвечает вечером или ночью, значит, ему не безразлична работа.

Молодые же сотрудники считают, что после окончания рабочего дня рабочие чаты могут подождать до утра, если нет срочности. По словам Агаевой, это не означает нежелание работать.

«Отказ быть онлайн круглосуточно не равен отказу работать», — подчеркнула эксперт. Она добавляет, что можно быть ценным сотрудником и не открывать мессенджер в 21:47, а можно имитировать активность и не приносить пользы.

Агаева считает, что современной трудовой культуре нужны четкие правила коммуникации — например, определить, когда сотрудник обязан ответить, а когда может не выходить на связь.

Анатолий Баранов, член Центрального совета Независимого профсоюза «Новый Труд», видит в игноре сообщений после 18:00 не «стрем», а глупость. «Один раз проигнорировал — и свободен. Да мало ли что случилось», — заявил он.

Сам Баранов, в прошлом журналист, считает, что для него работа без остановки — привычное дело. «Репортер — это „пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что“. Какое мне дело, где ты пишешь свою бессмертную заметку? Нужен и важен результат!» — пояснил он, отмечая, что такой подход типичен для многих отраслей.

Профлидер не согласен с Костиным по поводу зарплаты: «Конечно, высокая зарплата на старте — это „норм“. Но зачем тогда вообще карьера, если у тебя, совсем зеленого, уже высокая зарплата? Живи, держись за место и старайся ничего лишнего не делать, чтобы не спугнуть свое счастье».

Екатерина Агаева замечает, что меняется не только отношение к графику, но и представление о целях работы. «За последние годы изменилось отношение сотрудников к работе. Но не совсем корректно говорить, что такое поведение характерно только для поколения Z. В целом меняется трудовая культура».

Поэтому распространенный образ зумера, который на собеседовании первым делом спрашивает о корпоративном психологе и массажном кресле, — скорее забавный миф, чем реальность.

Эксперты сходятся во мнении, что ключевое — не демонизировать одно поколение, а выстраивать диалог и адаптировать корпоративные нормы к новым реалиям. Лишь так можно избежать недопонимания между поколениями в одной команде.