Чтобы эффективно защищаться от дронов, надо самих себя атаковать

Военный эксперт Дмитрий Корнев, редактор журнала «Новый оборонный заказ», в эфире «Бизнес FM» заявил: «Даже если ПВО обеспечивает 90% поражения целей, атакующих объектов, или чуть меньше, или чуть больше, это очень хороший, практически идеальный показатель. Наша ПВО показала, я думаю, результат не менее 90% сбитых объектов. Другое дело, что сбитые объекты падают на землю и могут приводить к косвенному ущербу».

Собеседник «Коммерсанта», близкий к Минобороны, отметил, что российские удары по украинской инфраструктуре «гораздо более эффективны, планомерны и результативны». Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков призвал обратить внимание на впечатляющие съемки последствий ударов ВС РФ по объектам на Украине и на высокие показатели работы ПВО во время массового налета на Москву — «несмотря ни на что».

Военный технолог Алексей Чадаев в интервью «Фонтанке» указал на отсутствие системного подхода. По его словам, в России до сих пор не описана модель угрозы: неизвестно, что летит сегодня и что полетит завтра. Примером он назвал налет на Петербург во время ПМЭФ, когда дроны, летевшие над водой, не были обнаружены системой, и все цели над сушей сбили, а с залива удары достигли объектов.

«Создается впечатление, что у всех наших многочисленных защитников фокусировка на изделиях, а не на системах», — отметил Чадаев. Он подчеркнул необходимость единого комплекса мер: обнаружение, идентификация, принятие решения, сопровождение, наведение, поражение, оповещение и работа с последствиями. Защита отдельного объекта должна простираться на десятки километров за его периметр, что требует договоренностей с собственниками земли.

Касаясь защиты Петербурга с воды, Чадаев предложил выносить контрперехват на дальние рубежи, используя дамбу или плавучие средства. Для обнаружения низколетящих целей нужна сеть датчиков, которую можно быстро развернуть по низинам. Противник, по его словам, уже имеет две такие сети — «Звук» и «Фенёк». В России подобная система существует лишь как прототип.

Эксперт раскритиковал использование стрелкового оружия теробороной для борьбы с дальнобойными дронами: малокалиберное оружие неэффективно, даже при попадании БПЛА может планировать до цели. Лучшее средство против дрона — другой дрон. В Москве, несмотря на многоэшелонированную ПВО, были попадания (в Капотню), что говорит о необходимости следить не только за своей зоной, но и за соседними.

Чадаев привел пример нестыковки радаров: четыре разных радара видят один дрон как четыре цели, что приводит к нерациональному расходу средств. Для совершенствования защиты нужна «служба белых хакеров», которая будет имитировать атаки дронов-мишеней для выявления уязвимостей. Однако производство дешевых учебных моделей (аналогов «Лютого») упирается в цену: производители называют 1,5 млн рублей вместо 300 тысяч.

В качестве эффективных средств пассивной защиты эксперт назвал сетки — они дешевы и снижают ущерб, если другие рубежи не сработали. Из активных средств хвалит «Панцирь» за лучший процент сбития, но отмечает малое количество ракет и их дефицит, что делает «Панцирь» первоочередной целью противника.

На примере недавней атаки в Ростовской области Чадаев показал ограничения дронов-перехватчиков: группа с перехватчиком стояла на рекомендованной позиции, но запущенный перехватчик (скорость 300 км/ч) не догнал БПЛА «Мадяр» (220 км/ч) из-за нехватки заряда батареи. Он упомянул три типа перехватчиков: ручные, полуавтоматические (оператор наводит, далее автоматика) и полностью автоматические с ИИ, как «Ёлка».

Сравнивая с Украиной, Чадаев заметил, что у противника нет такой ПВО, как в России, но они полагаются на перехватчики. В России есть и зенитные ракетные комплексы малого радиуса, но их мало и они дороги. Заключительный вывод: защита от дронов должна быть эшелонированной, а последний рубеж («Панцирь» или сетки) не может быть единственным.