В Ленобласти спасают уникальную деревянную церковь

12 июля в деревне Озёра (Лукинская) Подпорожского района Ленинградской области прошла встреча по спасению древнего храма. Здание местной библиотеки едва вместило всех участников, рассказал координатор проекта Максим Титов из АНО «Оренженско-Гонгинская краеведческая миссия». История обретения церкви похожа на анекдот: при разборке приговорённого к сносу сельского магазина под вагонкой обнаружили сруб, который оказался Успенской церковью 1696 года постройки.

Деревня Лукинская (историческое название Озёра) впервые упомянута в писцовой книге Обонежской пятины 1496 года. Она входит в группу вепсских поселений на берегах реки Оять и Озёрского озера в природном парке «Вепсский лес». В 1937 году при разборе другой старинной церкви здесь нашли клад серебряных монет Смутного времени, часть которого сейчас хранится в Эрмитаже.

Краевед Максим Титов искал места для съёмок фильма о вепсах, когда ему позвонил местный предприниматель и предложил забрать бревна из разбираемого магазина для кинодеревни. Здание с советских времён принадлежало райпотребкооперативу, и жители хотели его убрать. В сентябре 2025 года руководительница приёмной губернатора в Подпорожье Марина Сергеева сообщила Титову, что это бывший храм. Ранее его пытались передать РПЦ и комплексу «Мандроги», но те отказались из-за ветхости.

К спасению подключился краевед Михаил Курилов. После его поста в соцсетях объектом заинтересовался Международный центр реставрации. Специалисты центра признали: «Это сенсация. Это истинный сруб 1696 года». Советские пристройки демонтировали, алтарную часть перенесли на Винницкий погост — памятник регионального значения. Основной сруб остался на месте, образцы древесины отправили в лабораторию, а в правительство Ленобласти подали обращение о признании объекта культурным наследием.

Научный сотрудник центра Арина Носкова установила дату постройки — 1696 год (в источниках встречалась и 1689-й). Радиоуглеродный анализ, проведённый лабораторией РГПУ им. Герцена, подтвердил возраст верхних частей сруба. Нижние венцы оказались ещё старше — 1432–1630 годы. Это означает, что в основании лежат брёвна более ранней шатровой церкви, возведённой при Иване III между 1496 и 1563 годами.

Михаил Курилов пояснил: «В 1696 году прежнее здание перестроили по типу клетской церкви с двускатной кровлей — такой мы видим её на фото 1927 года. При строительстве часто использовали добротные брёвна от старых построек, поэтому не исключено, что в сохранённом алтаре есть элементы от первой церкви». При разборке алтаря нашли старинную икону «Преображение Господне». Доску датировали XVII — началом XVIII века; живопись могла быть прописана позже, но на ней могут сохраниться фрагменты оригинала. После реставрации проведут детальную экспертизу.

Сотрудники центра выполнили архитектурные обмеры, очистили территорию и огородили её сигнальной лентой. На стенах разместили информацию о храме, а также создали сайт ozerahram.ru.

Комитет по сохранению культурного наследия Ленобласти отказался включить уцелевшую часть церкви в реестр памятников из-за утраты колокольни и советских пристроек — они не позволили набрать нужные баллы по региональной методике. Однако специалисты центра считают объект научно ценным и настаивают на консервации для дальнейшего изучения.

Михаил Курилов сравнивает Успенскую церковь с признанными памятниками: Георгиевской церковью 1522 года в деревне Родионово (внутри более поздних пристроек) и церковью Рождества Пресвятой Богородицы 1689 года в деревне Лиственка.

«Идеальный вариант — восстановить церковь по старым фотографиям, но это космические деньги, точно больше 100 млн рублей», — говорит Максим Титов. Сейчас первоочередная задача — спасти сруб от разрушения. Он стоит без крыши под открытым небом, и если не провести экстренную консервацию до зимы, бревна XV–XVII веков могут быть утрачены. «Нужно законсервировать, чтобы не разрушалось дальше, а потом либо грант, либо крупный меценат».

На встрече 12 июля решили начать сбор средств на защитный навес. Первый взнос сделали учёные-реставраторы, присутствовавшие на собрании. Чертежи уже готовы; конструкция обойдётся в 300–500 тысяч рублей.

Судьба храма зависит от жителей. Местная администрация готова поддержать инициативу, если этого захотят сами люди. Летом в Лукинской живёт около 200 человек, зимой — около 30. На встрече краеведы убеждали их: «Если вы не сохраните, потом ваши правнуки скажут: «Куда вы смотрели? У вас такая реликвия, а вы её потеряли»». Жители идею поддержали, но спросили о деньгах. «Мы объясняем: деньги — вторичное, первичное — желание», — подчёркивает Титов.

Церковь может стать туристическим объектом. «Мы надеемся, что жители осознают ценность и что потом со всей России будут приезжать смотреть», — отмечает он. Примеры сохранения наследия есть поблизости: в деревне Мягозеро восстанавливают Ильинский погост, а в Ярославичах фасады домов превратили в информационные стенды об истории вепсских деревень.

В конце встречи каждый участник получил сувенир — фрагмент сгнившего бревна (непригодного для реставрации) из основания храма с 500-летней историей. К нему прилагался паспорт с результатами радиоуглеродного анализа.