Салон Гурьянова: как устроен музей-квартира в Петербурге

Дом на углу Литейного проспекта и улицы Некрасова обладает парадной с остатками былой роскоши: лепниной, мраморными ступенями и метлахской плиткой. В 2002 году Георгий Гурьянов приобрёл здесь квартиру, покинув самозахваченное жильё. Художник, барабанщик группы «Кино», диджей и денди своими силами превратил бывшую коммуналку в арт-пространство, далёкое от стерильных галерейных интерьеров.

После смерти Гурьянова в июле 2013 года в квартире почти никто не бывал. Как отмечает директор музея Аким Неаронов, только сестра Георгия Ольга заходила поливать цветы. Эти растения до сих пор стоят в спальне рядом с бутылками из-под кьянти — любимого вина Гурьянова. В столовой сохранилась ваза с засохшими розами, оставшимися здесь с 2013 года.

В интерьере чувствуется баланс между личным пространством и местом для приёма гостей. Это квартира старого фонда с высокими потолками, лепниной и позолоченной мебелью, но при этом везде ощущается присутствие хозяина. Здесь не планируют устанавливать верёвочки с сигнализацией, как в традиционных музеях, однако просят посетителей ничего не трогать.

У входа в столовую висит любимый бомбер Гурьянова, зонт и номерок из ресторана. На полке расположены коробки с обувью. Все вещи подобраны тщательно, создавая впечатление лаконичного и качественного гардероба.

Интерьер отличается продуманной экономностью. Гурьянов умело сочетал разномастную мебель, найденную на барахолках и отреставрированную, в единый ансамбль. Здесь отсутствует характерное для больших квартир коммунальное загромождение.

«Георгий не обладал широкой финансовой свободой, — рассказывает Аким Неаронов. — Он не покупал готовые антикварные вещи, а выбирал повреждённые предметы, которым можно было дать новую жизнь». Вместе с реставратором Робертом Сюндюковым Гурьянов самостоятельно восстанавливал мебель.

Ручной труд ощущается в каждой детали. Все материалы — массив дерева, натуральный мрамор, фактурные стены. Даже двери изготовлены на заказ из массива. Когда потребовалось провести провода для системы безопасности, выяснилось, что повторить сложную окраску стен крайне трудно.

«Очень квалифицированный декоратор сказал мне: „Аким, это невозможно“, — приводит слова Неаронов. — На небольшом участке стены наслоились асбест, песок, масляная и акриловая краски».

Стены столовой украшают портрет Гурьянова работы Тимура Новикова и коллаж Виктора Цоя. Здесь же хранится этикетка от банки супа Campbell«s с автографом Энди Уорхола, подаренная Джоанной Стингрей. Гурьянов с друзьями открыли банку и попробовали суп, что вызвало негодование Стингрей.

Люстра в столовой — антикварная, конца XIX века, с механизмом противовеса для регулировки высоты. На её реставрацию ушло семь месяцев.

Многие предметы мебели Гурьянов приобрёл ещё во время жизни в сквотах, но столовый гарнитур и зеркала с золочёным декором создавались специально для этой квартиры. Художник воспринимал своё жильё как художественный проект.

«Везде, где Георгий жил, он создавал атмосферу петербургского салона, — говорит Аким Неаронов. — Он жертвовал бытовым комфортом ради эстетики. Например, во время ремонта ходил по балкам перекрытий, менял паркет».

Следы подтоплений до сих пор видны на потолке в столовой и гостиной, органично вписываясь в общий вид.

В гостиной часть экспозиции посвящена группе «Кино», часть — живописи Гурьянова. Аким Неаронов отмечает, что художник сам натягивал и грунтовал холсты, добавляя в грунт клей ПВА по совету Тимура Новикова. Иногда он счищал неудачные работы шлифовальной машинкой и начинал заново.

Из-за стремления к идеалу у Гурьянова осталось много незавершённых работ, например, большой холст с наброском «Балтийского флота». Это придаёт его образу уязвимость.

В гостиной установлена ударная установка Гурьянова и другие артефакты группы «Кино». Витрины, сделанные на заказ из массива дерева, — единственное добавление к аутентичной обстановке.

Один из экспонатов — разрисованный кофр для швейной машинки, принадлежавший матери Георгия Маргарите Викентьевне. Его украсил Виктор Цой нитроэмалевыми маркерами, подаренными Джоанной Стингрей. Маргарита Викентьевна поддерживала музыкантов, принося им еду и решая проблемы с соседями.

В витринах также представлены документы Гурьянова: военный билет, загранпаспорт, мобильные телефоны. Есть и письмо от заведующего отделом новейших течений Русского музея Александра Боровского с просьбой разрешить Гурьянову жить в самозахваченных помещениях.

«Пока Георгий не купил эту квартиру, он жил в сквотах, — рассказывает Аким Неаронов. — На Садовой улице он создал атмосферу салона с антикварной мебелью и вечеринками. В 2000-х даже заступническое письмо Боровского не помогло избежать выселения».

В гостиной под журнальным столиком с мраморной столешницей лежат гантели — Гурьянов увлекался боксом. Окна завешены плотными бархатными шторами цвета морской волны.

Зеркало в гостиной установлено напротив зеркала в спальне, создавая эффект анфилады. По эскизам Гурьянова, у него были планы расширить пространство за счёт соседних квартир и создать зеркальную галерею.

Спальня — самое интимное пространство. На подоконнике стоят цветы, за которыми ухаживала сестра Ольга, рядом — учебник испанского языка. В шкафу хранятся вещи и запонки. Гурьянов говорил: «Мужской костюм — абсолютная униформа. Для меня архиважно, как я выгляжу».

Здесь же представлены письма, в том числе от Владислава Мамышева-Монро, который обращался к Гурьянову на «вы», что было принято в их окружении.

В спальне можно увидеть личные вещи, связанные с семьёй: письмо Гурьянова маме из пионерского лагеря с просьбой привезти солёные грузди. Это показывает его как любящего сына, а не только как публичную фигуру.

В спальне Гурьянов скончался в июле 2013 года. За день до смерти к нему приходил Юрий Каспарян, играл на гитаре. Гурьянов исповедовался у художника Ивана Сотникова, принявшего сан, и лёг спать, чтобы не проснуться.

Отпевали Георгия Гурьянова в Николо-Богоявленском морском соборе 25 июля 2013 года. Похоронен он на Смоленском кладбище. Поскольку в тот год День ВМФ выпал на 27 июля, при пересечении Невы траурная процессия видела корабли с поднятыми флагами, что символично для Гурьянова, интересовавшегося военно-морской темой.

Экскурсия завершается в столовой, пройдя через уборную, отделанную итальянской плиткой. Квартира производит впечатление уютного жилого пространства, несмотря на музейный статус.

Парадная дома требует ремонта: на мраморных ступенях следы краски, а на первом этаже замурован исторический камин. Гурьянов закрыл его во время замены лифта, чтобы сохранить. Сейчас рассматривают возможность восстановить камин и витражи в парадной.

На двери квартиры остались чёрные отметины от ударов ногами — соседи выражали недовольство громкой музыкой. Эти следы теперь тоже часть истории.

Музей-квартира Георгия Гурьянова откроется для посетителей 27 февраля 2026 года, в день, когда художнику исполнилось бы 65 лет.