От Смольной усадьбы к монастырю: где гуляла Елизавета Петровна

Территория, где сегодня возвышается Смольный собор, задолго до творений Растрелли была излюбленным местом Елизаветы Петровны. Сначала как цесаревна, а затем и императрица, она превратила этот участок на берегу Невы в свою загородную резиденцию. Здесь будущая правительница скрывалась от придворной суеты и, возможно, впервые ощутила вкус уединения, который позже привёл её к идее основания монастыря.

Сведения о той эпохе сохранились отрывочно: старые планы Петербурга, мемуары и редкие описания XVIII века. Однако они позволяют восстановить, как «Смольный двор» постепенно стал личным пространством Елизаветы Петровны.

После смерти Екатерины I в 1727 году участок у Невы перешёл по наследству к цесаревне Елизавете. Тогда это была окраина столицы: рядом ещё стояли постройки старого Смольного двора, где при Петре I варили смолу для Адмиралтейства, а вокруг простирались огороды, сады и хозяйственные строения.

Историк Иоганн-Готлиб Георги в 1794 году писал: «После того Петр Великий построил там летний дом под именем Смольный дворец для царевны Елисаветы Петровны, которая обыкновенно проживала в нем несколько летнего времени».

Другой автор конца XVIII века в описании Новодевичьего Воскресенского монастыря добавил личную деталь: место будущего монастыря было «собственной отчиной» Елизаветы, доставшейся ей от матери. «…будучи еще цесаревною, иногда изволила прогуливаться, а иногда, желая быть в одиначестве, не малое время пребывания иметь», — сообщается в источнике.

Это описание совпадает с портретом молодой Елизаветы, который встречается в трудах Василия Ключевского и Сергея Соловьёва. До переворота 1741 года дочь Петра вела относительно скромную жизнь, держалась в стороне от политики и предпочитала загородные резиденции шумным придворным церемониям. Смольная усадьба, по всей видимости, была одним из таких убежищ.

Точное местоположение летнего дворца историки установили благодаря сопоставлению старых карт. Архитектор Василий Стасов, завершивший Смольный собор в 1835 году, упоминал «летний дворец, построенный Петром I» на восточном мысе, где Нева поворачивает. Однако поздние исследования показали: дворец находился южнее — примерно на месте нынешнего Старого сада Смольного монастыря.

Главный источник сведений об усадьбе — план Петербурга 1738 года, составленный под руководством капитана фон Зигхейма. Более ранние карты были скорее проектами, а этот план позволяет детально рассмотреть территорию будущего монастыря. Согласно плану, резиденция Елизаветы не была «маленьким деревянным домиком»: на схеме видно протяжённое строение в глубине участка, обросшее пристройками. Перед ним находился регулярный сад и прямоугольный пруд (вероятно, для разведения рыбы).

Усадьба была устроена по-загородному: в южной части — ещё один сад, в западной — огороды. Рядом продолжал существовать старый Смольный двор: участок к северу от владений цесаревны обозначен как плотно застроенная хозяйственная зона. Смолокуренное производство перенесли отсюда в 1733 году, но постройки сохранялись и использовались для других нужд.

Со временем вокруг резиденции появились соседи. До 1747 года возникла усадьба крестьянина Кобелева с двумя каменными зданиями — редкость для окраин Петербурга. Неподалёку располагался двор купца Чесина с огородом и деревянными домами.

Между амбарами Конной гвардии, каналом от Невы и елизаветинским дворцом разбили регулярный сад с оранжереями и жилым павильоном, соединённым галереей. Исследователи предполагали, что усадьба могла быть «запасным дворцом», но, вероятно, это путаница: речь шла о другом дворце, построенном в 1748 году «за Литейным двором на берегу Невы».

Любопытно, что внешний облик Смольного дворца Елизаветы до сих пор неизвестен — не сохранилось ни одного достоверного изображения. Это при том, что императрица впоследствии стала главной заказчицей русского барокко, а дворцы Растрелли — от Зимнего до Царского Села — стали символами её эпохи.

До переворота 1741 года главной резиденцией Елизаветы был другой дом — на Красной улице у канала, проходившего вдоль нынешнего Марсова поля. После восшествия на престол она подарила его Алексею Разумовскому.

Память о Смольном дворе пережила и дворец, и хозяйственные постройки. Как остроумно заметил один из авторов XIX века: «Смольный двор, подобно содержавшейся в нем смоле, оказался таким липким, что все, что ни строилось подле него и после него, не могло уже отвязаться от его прозвания». Так название старого смолокуренного двора закрепилось сначала за резиденцией Елизаветы, потом за монастырём, а затем — за целым районом Петербурга.

Смольная усадьба постепенно исчезала, уступая место грандиозному монастырскому ансамблю. К 1747 году главный дворец уже разобрали перед началом строительства. На плане того времени ещё сохраняются два флигеля у самой Невы, между ними — пруд, а западнее — очертания старой террасы от парадного сада.

Идея устройства монастыря возникла у Елизаветы в первые годы её царствования, но оформление указов и торжественная закладка произошли позже. Ключевая дата — 29 октября 1748 года, когда был объявлен Указ «Об устроении в С.-Петербурге Девичьего монастыря на том месте, где находится дворец Ее Императорского Величества, называемый Смольной». Этим документом окончательно закреплялось превращение бывшей резиденции в монастырь.

Так к середине XVIII века судьба Смольного участка была предрешена: загородная усадьба, сады и флигели ушли в прошлое, уступив место одному из самых значительных архитектурных проектов елизаветинской эпохи.