«Фонтанка» доплыла до острова-призрака Кареджи

Ветер, дождь, брызги, сменяющиеся палящим солнцем, — так корреспонденты «Фонтанки» добирались до острова Кареджи на надувной лодке. Из-за массового сбоя GPS тысячи петербуржцев этим летом «переносятся» на этот остров на картах в телефонах и оставляют под маяком шуточные отзывы.

Одни пользователи фантазируют об идеальном острове, другие описывают «маршруты»: от автобуса от станции «Ладожская» до путешествия через шкаф в квартире.

В книге «Путеводитель „Ленинград — Астрахань — Ростов-на-Дону“» говорится: «Если ваш теплоход идет обычным курсом, без захода на Валаамские острова, то через час-полтора после входа в Ладожское озеро вы видите справа, вдали, полоску лесистого берега. И если у вас хорошее зрение, вы разглядите также башенки маяков на мысах. Одна из таких башен, широкая, приземистая с виду, расположенная на низкой песчаной косе, — маяк Кареджи. Несколько южнее пролегала ледовая „Дорога жизни“. У основания Кареджской косы, у населенного пункта Кобона, находились склады, откуда везли в осажденный Ленинград продовольствие и боеприпасы».

Остров Кареджи и песчаная коса остаются важным навигационным ориентиром на Ладоге. Уровень воды в озере меняется раз в несколько лет, оголяя косу и образуя отмели. В этом году попасть на остров оказалось непросто: местные рыбаки отказывались везти из-за болота на берегу и опасности повредить мотор на мелководье.

Стартовать пришлось из Шлиссельбурга — до Кареджи больше 40 км. Из-за обмеления Ладоги лодка шла по эхолоту, показывающему глубину. Там, где глубина падала меньше метра, приходилось браться за весла. По пути дважды застал сильный ливень — погода на озере непредсказуемая, а в стене дождя почти не видно ориентиров.

При подходе к острову выглянуло солнце. Кареджи встретил песчаными пляжами, поросшими кустами, травой и тростником. Маяк — судоходный знак — оказался не таким старым, как пишут на некоторых сайтах. Рядом на отмели гнездятся сотни чаек и тучи мошкары.

От острова тянется песчаная коса, где песок рябится под стать волнам. Вода на мелководье почти парная. Если пройти по косе дальше, лодка на якоре кажется брошенной посреди бескрайнего моря, а люди будто ходят по воде. Вдали блистают миражи. Примерно в 10 км по косе находится деревня Кобона с дачными домиками и музеем.

История острова тесно связана с блокадой Ленинграда. В 1941 году из-за аномального обмеления Ладоги Кареджская коса обнажилась и стала частью перевалочного пути. Как писал Б. Тимофеев в «Ленинградской правде» от 27 апреля 1991 года: «К моменту появления гитлеровских солдат на берегу Невы уровень воды в Ладожском озере упал почти на метр. […] Для больших глубин метр — величина малозаметная, но для мелководной бухты — весьма ощутимая. Вдоль ее южного и восточного побережья обнажилась широкая, плотно укатанная волнами песчаная полоса. К немалому удивлению местных жителей, неприметный мыс Литтига, едва не достав двух островков Кареджи, вытянулся в северо-западном направлении на 10 — 12 километров. […] Пляжная полоса, дарованная небом в прямом смысле слова, оказалась подходящей площадкой для сооружения перевалочной базы — порта в районе Кобона — коса. Мелководье у восточного берега не позволяло судам подойти близко к суше, и грузчики были вынуждены мешки с мукой и ящики с боеприпасами подносить на себе по пояс в холодной воде».

После 8 сентября 1941 года железная дорога Вологда-Череповец-Волхов осталась единственным сухопутным путем для подвоза продуктов. Грузы отправляли по Ладоге: по железной дороге на станцию Волхов, затем по Волхову на баржах, потом перегружали на озерные буксиры или корабли военной флотилии и буксировали в Осиновец.

В октябре началась подготовка к строительству ледовой трассы. 11 января 1942 года ГКО подписал распоряжение о строительстве железной дороги длиной 40 км от станции Войбокало до окончания Кареджской косы. Рельсы взяли со второй нитки главного хода Кировской дороги. 5 февраля 1942 года по этой ветке пришёл первый поезд с продовольствием. От станции Коса проложили новую ледовую дорогу до Осиновца через остров Кареджи.

Остатки пирсов и дорог до сих пор видны в воде и песке. Корреспонденты «Фонтанки» нашли на косе предмет, похожий на рельс. Некоторым любителям плавания с маской попадались бревна и сваи.

После первой успешной зимы ГКО поручил проработать маршрут свайно-ледовой железной дороги. Строительство начали, но не закончили — блокаду прорвали. Тимофеев писал: «К началу декабря 1942 года в районы Осиновца и Кобоны прибыло несколько тысяч работяг, а точнее, все тех же военных строителей, которые под огнем противника взялись дружно заколачивать в дно озера сваи, а их начальники — подсчитывать в процентах метраж, удаленности от берегов бухты да докладывать об этом кому надо. И быть бы еще одной „великой сталинской стройке“, не выскажи по этому поводу свое решительное „но“, древнее море — озеро Нево, которое не терпит поспешного отношения к своему природному естеству. Злые волны раскачивали и выдергивали здоровенные сваи, а которые не выдергивались, их, будто спички, срезали тяжелые льды. Не удалось тогда победить Природу. А тут в аккурат и блокаде пришел конец».

В послевоенные годы Кареджская коса обросла легендами. Рыбаки называют эти воды «банками» — отмелями, богатыми рыбой. В 2018 году один рыбак сообщил о сбое магнитного поля компаса в районе Кареджи. В 2011 году студенты СПбГУ изучали возможные магнитные аномалии, опираясь на рассказы капитана судна «Марфа». Он утверждал, что стрелка компаса отклонялась на 25–40 градусов в одном и том же месте. Научного подтверждения эти наблюдения не получили, но среди судоводителей они обсуждаются до сих пор.

Капитан «Марфы» также рассказывал, что эхолот показывал на дне геометрические фигуры, природу которых не удалось подтвердить независимыми исследованиями. Однажды что-то огромное и тяжёлое ударило в дно судна, едва не пробив его.

Экспедиция «Фонтанки» не обнаружила на Кареджи ни русалок, ни Ладожского чудовища. Остров оказался реальным, хоть и труднодоступным местом с богатой историей.