Как доверие родителям спасло подростков от мошенников

В рамках проекта «Ты не один» издание «Фонтанка» публикует истории подростков, столкнувшихся с запугиваниями телефонных мошенников. Одному юноше позвонили якобы из колледжа, затем соединили с «сотрудником Центробанка» и готовили разговор с «ФСБ». На другого несколько суток обрушивались ночные атаки: множество сообщений, запросы на кредиты, записи к врачам и угрозы. В обоих случаях злоумышленникам не удалось добиться главного — секретности. Подростки поделились проблемой с родителями, и семьи успели прервать сценарий до того, как он привёл к деньгам или опасным поручениям.

В начале весны Тимофею (имена изменены) днём позвонили якобы из колледжа. Обратившись по имени-отчеству, попросили продиктовать четыре цифры из СМС — якобы для подключения к электронному дневнику. Тимофей выполнил просьбу.

Спустя несколько часов ему позвонили снова — теперь «из „Госуслуг“». Собеседник заявил, что данные Тимофея и его родителей «прямо в эту минуту скачиваются», и чтобы предотвратить утечку, его соединят с сотрудником Центробанка.

Тот подтвердил слова и начал запугивать подростка: мошенники снимут деньги с его карты и карт родителей, оформят кредиты, отправят средства за границу, после чего «всем светит уголовная статья за финансирование терроризма».

Тимофея стали прессинговать: никому не рассказывать, особенно родителям. Иначе, уверял собеседник, они не избегут последствий, так как будут знать о переводе денег террористам.

Разговоры длились долго. Подростка соединяли то с одним «специалистом», то с другим. Находясь вдали от дома, он попал под психологический пресс: незнакомцы рисовали апокалиптическую картину и требовали молчания.

На третьем звонке «сотрудник Центробанка» сообщил, что скоро позвонит представитель ФСБ. Но связь оборвалась: у Тимофея сел телефон. Эта случайность спасла его, хотя он осознал это позже. В тот момент он поспешил домой к зарядному устройству.

Когда он вбежал в квартиру, отец Сергей сразу заметил неладное.

«Испуг был буквально на лице, — вспоминает Сергей. — Он был не в себе: нервный, раздражительный».

Около сорока минут отец перебирал варианты: драка, ссора в колледже, неприятности? Тимофей отвечал: «Нет, ничего не скажу. Сейчас поговорю по телефону — и всё решится. Тогда сообщу. Подожди до вечера».

Он замкнулся и повторял как мантру: «Будет хуже всем, если я расскажу». Тимофей рвался из квартиры, чтобы никто не мешал разговору. Он ждал звонка «из ФСБ».

Отец не выпустил: «Никуда не пойдёшь. Пусть нам будет хуже».

Благодаря упорству и уговорам Сергею удалось достучаться до сына, и тот рассказал о звонках. Семья проверила аккаунты: утечки данных из «Госуслуг» не было, деньги с карт не снимали. Просьба назвать четыре цифры из СМС оказалась частью развода. На всякий случай пароли поменяли, номера заблокировали. Неизвестные контакты в соцсетях и мессенджерах тоже отправились в блок-лист. Звонка «сотрудника ФСБ» не дождались.

Самой большой потерей стало психологическое состояние Тимофея. После нескольких часов давления он ещё долго находился в стрессе, боялся за себя и родителей, думал, что подвёл семью и теперь может столкнуться с серьёзными последствиями.

«Я успокаивал его: „Выдохни, всё позади. Хорошо, что рассказал, молодец. Ты ни в чём не виноват, никого не подвёл“», — рассказывает Сергей.

Отец признаётся: сам в тот момент не сразу понял, как такое могло произойти: «Мы бесконечно слышим о мошеннических разводах, о бедах, которые они приносят, ломают жизни целым семьям, и думаем, что нас это не коснётся. А оно коснулось. Хорошо, что сын поверил мне, а не им, и рассказал об угрозе».

Тимофея пытались обработать в течение одного дня. Антону и его матери повезло меньше: к появлению «сотрудника ФСБ» мошенники подводили их несколько суток. Атаки начинались ночью, а днём продолжались перепиской и запугиванием.

В начале августа на телефон Антона начали приходить десятки сообщений: коды для входа в банки и на «Госуслуги», уведомления о займах, странные письма с паролями для входа на неизвестные сайты, в том числе порнографического содержания.

Антон сразу показал переписку матери — и этим сломал сценарий.

«Заспамили сына сообщениями. Утром он проснулся, увидел почти 30 эсэмэсок и показал их мне. Через день, точнее через ночь, всё повторилось. Тогда мы уже поняли, что это не случайность и не ошибка», — рассказывает мать подростка Алина.

Тактика была рассчитана на ночное время, когда люди спят и не могут сразу проверить, действительно ли кто-то пытается войти в «Госуслуги». Сообщения приходили от разных сервисов. В том числе говоривших о попытках входа в банковские аккаунты и заявках на микрозаймы.

После второй атаки Алина и Антон начали закрывать доступ к личным данным. Когда Антон удалил действующую страницу во «ВКонтакте», ему написали: «Тебя это не спасёт».

Следом за СМС-атаками пошли звонки из клиник, в которых подросток никогда не был, угрозы и попытки убедить его, что злоумышленники знают о нём что-то компрометирующее. Схема должна была закончиться разговором с «сотрудником ФСБ», шантажом, требованием денег или выполнением «задания спецслужб».

Поскольку на тот момент Антон ещё был несовершеннолетним, его имя в медицинских организациях часто было привязано к телефону матери. Семья предположила, что контактные данные могли попасть к злоумышленникам через утечки из медицинских или других организаций. Тем более что его маме тоже позвонили из клиники, куда семья действительно обращалась по поводу прививки: «Спрашивают: „А Антон придёт? Сегодня у него запись к урологу по поводу фурункула“, — рассказывает Алина. — Сначала это могло выглядеть как нелепая шутка. Но совсем не смешно, когда тебе из медицинских центров и других мест звонят по нескольку раз в день».

Злоумышленники записывали подростка на приём онлайн. На сайтах клиник достаточно указать имя и телефон, чтобы отправить заявку, после чего администратор перезвонит для подтверждения. Такие звонки превратились в инструмент спама и психологического давления.

«Я сначала раздражался и злился, — говорит Антон. — Но в какой-то момент понял: они-то ни при чём. Когда администраторы спрашивали, записывался ли к ним, я объяснял ситуацию. Они относились с пониманием. Становилось немного легче».

«В микрофинансовые организации и банки я уже сам звонил — в те, из которых приходили сообщения, — рассказывает Антон. — Мне говорили, что попытки оформить заём действительно были».

Подросток как раз готовился к совершеннолетию. Поэтому риск показался семье особенно серьёзным: после 18 лет заявки на займы могли превратиться в реальные финансовые проблемы.

По расчётам мошенников, сообщения о входах в банки и МФО должны были довести человека до паники. Затем жертву обычно выводят на разговор и предлагают «защитить деньги» или «отменить операцию».

«Я поставил на „Госуслугах“ самозапрет на кредиты и попросил несколько микрофинансовых организаций удалить мои данные из баз. После этого стал спокойнее относиться к звонкам из банков и МФО: если бы кто-то всё же оформил кредит, действия можно было бы оспаривать», — говорит Антон.

В какой-то момент семья испугалась, что злоумышленники получили доступ к «Госуслугам»: сообщения стали приходить особенно часто, а затем сам сервис оказался недоступен. Алина с Антоном отправились в МФЦ, сменили пароль и номер телефона, привязанный к аккаунту.

В обоих случаях сработало одно и то же правило: подростки не стали скрывать происходящее от родителей.

«Мне повезло, что у меня с ребёнком доверительные отношения, — говорит Алина. — Он знает: что бы ни случилось, в любой патовой ситуации надо идти к маме».

Чтобы закрыть доступ злоумышленникам:

Антон предупредил друзей о случившемся. Контакты одной подруги мошенники всё же нашли и начали отправлять ей сообщения. Девушке пришлось сменить номер телефона и закрыть страницы в соцсетях от незнакомых пользователей.

«В итоге этого хватило, чтобы они от нас отстали, — говорит Алина. — Их цель — вытащить человека на диалог и запугать — не была достигнута».

Она рассказала о случившемся в социальных сетях и получила в комментариях истории от других родителей.

Один мужчина сообщил, что несколько раз сталкивался с мошенниками через сайты знакомств. После отказа общаться злоумышленники нашли данные его дочери и начали угрожать, что отправят отцу её интимные фотографии, если она не перечислит деньги.

Другие родители рассказали о двух 17-летних девушках, которым мошенники заявили, что их встретят на улице, если они выйдут из общежития. К работе с ними пришлось подключить психолога и службу безопасности.

В еще одном случае злоумышленники взломали аккаунт преподавателя, подключились к дистанционной лекции в Zoom и собрали контакты студентов. Позже некоторых из них начали запугивать. У одного студента после взлома удалили страницу в мессенджере. Вместе с ней пропала важная переписка, но дальнейшего шантажа не последовало.

«Можно сокрушаться из-за потери страницы, а лучше радоваться, что удалось соскочить с выполнения требования взрывать автозаправку», — говорит Алина.

Она предполагает, что конечной целью мошенников могли быть деньги или того хуже. Но тут угроза — «расскажу про тебя маме» — не сработала. Неслучайно в чате с мамой Антона мошенники написали: «Будь вы или он немного сговорчивее, мы могли бы всё решить без привлечения прокуратуры».

«Нужно держать ребёнка в новостной повестке, чтобы он понимал, что происходит, — говорит Алина. — Объяснять, как детей обрабатывают и ломают, к каким трагическим последствиям приводит их попытка в одиночку спастись или спасти родителей».

«Мы получили много неприятных эмоций и лишних телодвижений, к счастью, без финансовых последствий». С психологическими справлялись вместе.

Антону несколько дней было страшно выходить из дома. У злоумышленников оказалась фотография со старой страницы во «ВКонтакте», которой он давно не пользовался и о существовании которой забыл. На снимке ему было пять лет. Аферисты поставили ее себе на аватарку в мессенджере. Они также знали или, возможно, блефовали, где подросток живёт.

«Проснёшься — проверь почтовый ящик», — написали ему.

Парню казалось, что мошенники знают о нём всё, он боялся, что травля из виртуального пространства переместится в жизнь.

«Детям очень страшно, — рассказывает Алина. — Когда мне нужно было уехать на пару часов, я приглашала к сыну его друзей. Объясняла ситуацию и просила просто побыть рядом. В такой период его нельзя было оставлять одного».

В обеих историях подростки избежали дальнейшего давления потому, что один показал сообщения отцу, другой — матери. Сценарий, который должен был привести к шантажу или опасному «заданию», остановился на самом важном этапе: мошенникам не удалось заставить детей молчать.