Вдовам военных пообещали бесплатное ЭКО

Право на участие в программе ЭКО на 2027 год для жён ветеранов и инвалидов боевых действий, а также для вдов военнослужащих закрепил петербургский территориальный фонд ОМС. Закон, разрешающий им пользоваться вспомогательными репродуктивными технологиями (ВРТ) независимо от диагноза «бесплодие», начнёт действовать с 1 декабря 2026 года.

Массового притока желающих специалисты при этом не ждут. Вдова получает по закону право на ребёнка от погибшего мужа, однако остаётся нерешённым, кто и как обеспечит сохранность самого биоматериала. «Появился бы в системе ещё и тариф на заготовку и хранение биоматериала — было бы идеально», — сказал Андрей Иванов, репродуктолог, заведующий отделением вспомогательных репродуктивных технологий Мариинской больницы.

Поправки в закон «О ветеранах», принятые летом 2026 года, дают жёнам состоящих в браке ветеранов и инвалидов боевых действий, а также их вдовам возможность бесплатно пройти ВРТ, включая ЭКО и искусственную инсеминацию. Диагноз «бесплодие» женщине теперь не нужен, как и судебное решение для использования спермы мужа.

Для вдов при этом действуют ограничения:

По словам Андрея Иванова, недостающее звено государственной системы — заготовка и хранение биоматериала. Сперму мужчина должен сдать заранее и сам оплатить её хранение.

«Это по-государственному: в паре, состоящей в браке, герой погиб, но оставил замороженную сперму, и жена может родить его ребёнка. Кроме того, погибшие — часто это достаточно молодые люди, у которых ещё живы родители. Если он был единственным сыном, то всё, что у них есть, — сохранённые сперматозоиды, а с ними — возможность рождения внука, — поясняет Иванов. — Говорю это к тому, что человеку, заключающему контракт с Минобороны, надо думать не только о себе, но и о жене, и о родителях. Это внутрисемейное дело. Законодатель оставил нерешённым пока вопрос с без вести пропавшими, возможно, установленный период в пять лет как раз для этого заложили. Но тут уже юристы разъяснят, как врачи должны будут читать эту норму».

Начинать, считает репродуктолог, следовало раньше — с вопроса о том, почему любой американский солдат, полицейский или спасатель, то есть человек, который может получить ранение, подвергнуться воздействию отравляющих веществ и потерять репродуктивную функцию или погибнуть, имеет возможность по решению Конгресса заморозить свою сперму: «Вот вам контракт, а вот вам направление для сдачи спермы. Не хотите — не ходите». Распорядиться материалом он может так, как укажет в нотариально заверенном письме: «доверяю жене», «доверяю родителям».

Много ли желающих «подстелить соломку» перед отправкой на фронт нашлось за почти пять лет с начала СВО? Организационно предложение замораживать и хранить сперму за государственный счёт для всех, кто идёт в горячие точки, явно не продумано. По данным Минобороны, к процедуре прибегали 30 человек в год.

Сколько отправившихся на СВО её сдали, в итоге неизвестно — ни по стране в целом, ни в Петербурге: информацию у клиник и банков репродуктивных клеток, в основном коммерческих, о запасах спермы, ооцитов и эмбрионов никто не собирает. Федеральные и региональные органы здравоохранения считают циклы ЭКО, а не замороженные образцы.

Бесплатно сдать и хранить материал можно только в рамках программы ВРТ. Заморозка стоит до 2 тысяч рублей. Перед ней нужны консультация репродуктолога, спермограмма и обязательные анализы на инфекции. Вся услуга в среднем обходится в 20–25 тысяч рублей, а хранение в криобанке Петербурга — до 20 тысяч в год.

В Екатеринбурге, где клиники ещё в 2022 году стали активно и бесплатно призывать мужчин сдавать сперму, сейчас продумывают систему организации её заморозки и хранения для отправляющихся на СВО, привлекая негосударственные фонды.

«Но этого уже недостаточно, на мой взгляд. Например, наша Военно-медицинская академия могла бы организовать пункты заготовки спермы вплоть до фронта. А сейчас получается, что стать родителями смогут только официальные жёны тех погибших или лишённых репродуктивной способности из-за ранения, кто сумел дойти до клиники репродукции, оплатить сдачу и заморозку биоматериала, а также его хранение. Мало того, что желание это сделать есть не у каждого, так ещё средств может оказаться недостаточно», — говорит Андрей Иванов.

О том, что желание сдать сперму на хранение есть не у каждого, говорили и урологи петербургских клиник. «Когда у мужчины репродуктивного возраста выявляется, допустим, рак яичка, мы убеждаем его перед началом лечения сдать на хранение сперму, чтобы иметь возможность стать отцом. Многие отказываются», — рассказали они.

Сейчас Госдума, Минздрав и Федеральный фонд ОМС обсуждают бесплатную криоконсервацию половых клеток — но только для онкологических пациентов до начала агрессивного лечения. За счёт средств фонда ОМС её хранят и для вступающих в цикл ЭКО.

Когда осенью 2022 года началась частичная мобилизация, мужчины действительно пошли сдавать сперму в клиники с криохранилищами. Там отмечали заметный рост числа желающих, хотя постмортальная репродукция законодательно не регулировалась.

Пока соответствующий закон не принят, Конституционный суд обязал Пенсионный фонд назначать страховые пенсии рождённым в результате постмортального ЭКО — на основании решения КС РФ. Кстати, закона, о необходимости которого высказались судьи, нет и сейчас.

Закон, вступающий в силу 1 декабря, — всё равно большой шаг вперёд. До сих пор воспользоваться спермой погибшего мужа женщина могла только через решение суда.

«К нам обращались женщины, пожелавшие использовать биоматериал погибшего мужа. Мы направляли их за разрешением в суд. Потому что медицинское учреждение лишено права использовать эту сперму не только без волеизъявления того, кому она принадлежит, но и его нотариально заверенное завещание, к сожалению, после гибели автоматически теряло силу. В итоге наши пациенты к нам не вернулись. Я так понимаю, они столкнулись с тем, что в Питере суды далеко не всегда принимают сторону пациентов», — рассказал Иванов.

Ближе к фронту — в Красноярском и Ростовском судах — принимаются положительные решения. А с 1 декабря при соблюдении указанных в законе условий судебное решение будет вовсе не обязательно.

Сколько циклов ЭКО оплатит фонд, ежегодно решает комиссия по тарифам при комитете по здравоохранению вместе с петербургским ТФОМС. Общее количество распределяется между клиниками репродукции, объёмы становятся известны ближе к Новому году.

Несколько лет они держались на одном уровне — около 4,5 тысячи циклов в год. Их проводят в 15 клиниках Петербурга, государственных и частных. Запланированные расходы фонда в прошлом году составляли 765 млн рублей.

«Вероятно, с учётом вступающих в силу изменений в законодательство и количество ЭКО, и финансирование процедуры будут увеличивать. Но не думаю, что намного — лавинообразного потока не будет, — убеждён репродуктолог. — Потому что речь идёт о важном решении для судьбы самой женщины, родителей погибшего и т. д. То есть далеко не все обратятся, даже если известно, где находится сперма. А часть биоматериала может храниться вообще без ясной судьбы».