Рейды по ТЦ и паркам Петербурга: чиновники ищут неформальную молодежь

В августе и сентябре комиссия по делам несовершеннолетних планирует рейды по торговым центрам для выявления радикально настроенной молодежи. Подростков будут искать по одежде и аксессуарам. В обходах также примут участие сотрудники полицейского Центра «Э». Чиновники отмечают, что такие мероприятия не новость: они уже давно ходят по уличным тусовкам, и молодежь знает их в лицо. Иногда такой подход приносит результаты.

В середине июля на заседании комиссии по делам несовершеннолетних при правительстве Петербурга обсуждали профилактику подростковой преступности. По данным за первое полугодие 2026 года, в городе зарегистрировано 339 преступлений с участием несовершеннолетних — на 26% больше, чем годом ранее. Больше всего правонарушений отмечено в Адмиралтейском (34), Калининском (31), Невском (28), Красносельском (27), Выборгском (26), Красногвардейском (24), Фрунзенском (22), Кировском и Центральном (по 20) районах.

В отчете комиссии говорится: «Практически все преступления совершены несовершеннолетними в составе группы лиц по предварительному сговору. Более половины групповых преступлений совершается несовершеннолетними в составе смешанной группы. Количество преступлений, совершенных несовершеннолетними совместно со взрослыми, составило 87,8%». Также полиция возбуждала дела за продажу алкоголя несовершеннолетним, а некоторые подростки во время задержания находились в наркотическом опьянении. На 1 июля на профилактическом учете состояло 3577 несовершеннолетних, из них 63 были осуждены к наказаниям, не связанным с лишением свободы. По этому показателю Петербург в прошлом году опередил Москву.

Подведомственный комитету по молодежной политике центр «Контакт» мониторит представителей субкультур. Сотрудники анализируют страницы в соцсетях для выявления негативных тенденций и оценки вовлеченности в рискованное поведение. По данным МВД, наиболее опасной группой считаются «зацеперы». В первом полугодии 2026 года зафиксировано 86 случаев «зацепинга» с участием 87 подростков, пятеро из них получили травмы при падении с поезда, трое погибли. Чаще всего «зацепинг» отмечали на станциях «Ленинский проспект», «Лигово», «Ручьи», «Обухово», «Удельная», «Гатчина-Балтийская», «Ланская» и «Ржевка». Причиной называют желание выделиться и недостаток контроля со стороны взрослых. Выявлять их через соцсети помогают студенты транспортных вузов из движения «Кибердружина». В апреле для пойманных на «зацепинге» подростков провели чемпионат по скейтбордингу.

С неформалами ситуация сложнее: на учете в полиции состоят 18 человек — это задержанные на митингах, спортивные фанаты и участники экстремистских движений. В справке приведены примеры уголовных дел: двое подростков 14 и 18 лет из идеологических соображений распылили аэрозольный баллончик, причинив вред другим; двое 15-летних националистов напали на несовершеннолетнего на Лиговском проспекте; в июне задержали праворадикалов, избивших подростка в Удельном парке. В «Центре изучения и сетевого мониторинга молодежной среды» сообщили, что отслеживают подростковый экстремизм с помощью нейросетей. По их данным, основная доля профилей с интересом к деструктивному контенту: «Критика СВО и ВС РФ» (56,40%), «Политическое насилие и критика власти» (12,68%), «Наркоконтент» (11,88%). Также выявляются материалы по тегам: «скулшутинг*» (39%), «буллинг», «зацепинг», «руфинг», «сниффинг» (29%), подражание криминальным субкультурам (17%). В первом квартале 2026 года по маркеру «селфхарм» обнаружено более 25 тысяч сообщений — на 40% больше, чем за аналогичный период 2025-го.

После этой информации комиссия приступила к разработке мер. Один из пунктов — рейды сотрудников «Контакта» и Центра «Э» по торговым центрам и другим местам скопления молодежи. Также планируются лекции, семинары и конференции. Отдельно рассматривается вопрос о допуске к работе с детьми лиц, имевших судимость. Бывшие и нынешние сотрудники комитета по молодежной политике отмечают, что рейды проводятся уже давно. По словам специалиста, работавшего в «Контакте» около десяти лет назад, сначала они были формальностью: соцработники гуляли по паркам и скверам, заходили в ТЦ, подходили к подросткам и предлагали посетить центр или лекцию о вреде психоактивных веществ. Иногда они просто ходили по местам скопления молодежи, оценивая «уровень опасности», не вступая в разговоры, после чего писали многостраничные отчеты. «В справках тогда это выглядело абсолютно по-канцелярски. Там было что-то вроде „в лонгитюдности этого объекта было не выявлено потенции к нанесению опасности субьектности определенных индивидов“», — вспоминает он.

Сейчас, по словам нынешних сотрудников, работа ведется не ради отчетов. Социальный патруль насчитывает около десяти сотрудников в возрасте от 24 до 45 лет, каждый закреплен за своим районом. Начальник ситуационного центра «Контакт» Эмиль Енилеев (45 лет) курирует патрулирование в Невском и Красногвардейском районах. Он старается быть на равных с подростками: «Я для них Эмиль, к которому можно подойти и сказать: у меня вот такая проблема». В качестве примера он приводит случай в ТЦ: «Я услышал, как женщина пожаловалась на шумную компанию, которая материлась. Я подсел к этим ребятам, поздоровался. Говорю: „Ребят, ну как минимум некорректно, да, в вашем возрасте? Вам уже 14–15–16, вы уже взрослые, а ведете себя неподобающим образом. Вокруг женщины, малолетние дети. Ну как минимум выражаться нецензурно некорректно в данной ситуации“. И это абсолютно без нажима, без какого-либо нравоучительного тона». Иногда он берет в рейд полицию, в том числе сотрудников Центра «Э». «Внешний вид — это всегда некий манифест. И с ними тоже надо уметь работать, понимаете? И есть определенные маркеры, которые надо знать, чтобы понимать, что они значат. Для этого нужны специалисты», — поясняет Енилеев.

Глава центра «Контакт» Денис Еремин добавляет, что в учебное время сотрудники следят за прогуливающими уроки: «Если, к примеру, в рамках учебного года в дневное время молодежь находится где-то в торгово-развлекательном комплексе, мы подходим к ним и общаемся. Уточняем, почему они сейчас не на учебе, а где они учатся, говорим о том, как важно включаться в образовательный процесс и о том, что прогуливать школу — это очень плохо. А также уточняем у них, чем они увлекаются, чем занимаются, какой профессиональный путь для себя в будущем выбрали». Рейды, по его словам, проводятся ежедневно. В городе более 350 молодежных клубов, работающих бесплатно. «Абсолютно любой досуг, который только можно себе придумать, на бесплатной основе в этих учреждениях есть. Но, к сожалению, просто ввиду обильного количества информации, которая поступает к нам в интернете, мы не всегда можем знать о том, что такие возможности присутствуют. И вот мы рассказываем, а иногда прямо иногда даже условно за руку приводим детей в молодежные клубы, чтобы показать, какие возможности перед ними могут открыться», — говорит Еремин.

Сотрудники «Контакта» пробовали разные способы информирования, но выяснили, что подростки больше доверяют личному общению. Первоначально их воспринимают как нравоучителей, но после короткого разговора отношение меняется. Еремин отмечает: «Сейчас неформальных молодежных объединений в классическом выражении не существует. Те, что были, они связаны с какими-то определенными медиаявлениями, которые начали потом раскручивать. Сейчас все абсолютно смотрят аниме. Здесь нельзя сказать, что там все, кто смотрят аниме, это причисляющие себя к какой-либо неформальной организации. Это просто сфера интересов. Все последние объединения людей были исключительно с целью привлечения к себе внимания».

Бывший заместитель главы комитета по молодежной политике Иван Есипов подчеркивает важность работы «на земле». «Социальный патруль — это люди, которые работают „на земле“. Они единственные в стране, которые делают такую историю комплексно. У нас был парень, который сам пришел после социального сопровождения работать в центр. Я и сам как-то ходил в этот патруль. Однажды даже попал на такое мероприятие в клубе», — рассказывает он. По его оценке, в 70% случаев диалог с подростками все же удается, хотя не все реагируют на взрослых патрульных.

* «Скулшутинг» (террористическая организация, деятельность запрещена на территории РФ).