
Источник:
Петербургские вейп-шопы стали готовиться к запрету, который пока даже не приняли. Электронные сигареты пропадают с прилавков — где-то полностью, где-то возникают лишь по запросу. Продавцы вспоминают старые ценники, считают возможные убытки и думают, куда переезжать весной. Дефицит оказался не тем, чем кажется на первый взгляд.

Источник:
На днях корреспондента «Фонтанки» озадачили пустые полки в одном из табачных магазинов города. На прилавке не было ни жидкости для электронных сигарет, ни одноразовых вейпов — только один бренд с наценкой в 300–400 рублей. При этом запрет пока не принят: первое чтение проекта закона о запрете вейпов в Петербурге назначено на 11 ноября, а сама норма может заработать лишь следующей весной.

Источник:
По федеральному закону, принятому в июне 2026 года, регионы получили право самостоятельно запрещать продажу электронных сигарет с 1 марта 2027 года. Такие решения уже приняли 17 субъектов, ещё в 39 разрабатывают соответствующие законы, сообщил в своём телеграм-канале Вячеслав Володин. Петербург также планирует присоединиться к инициативе: первое чтение проекта запланировано на 11 ноября.
Пустые полки или из-за прилавка
В магазине на Гороховой улице корреспондента встретили стерильно пустые полки. «Вейпов нет, и не знаем, когда будут», — отрезал продавец.
Из пятнадцати точек в центре города ни жидкостей, ни одноразовых электронных сигарет не оказалось в пяти вейп-шопах. Из оставшегося ассортимента — сигареты, стики для айкосов, к которым у законодателей вопросов нет, конфеты и жвачки. Ответ тот же: пока ничего в продаже нет, когда появится — не знаем. В одном из сетевых магазинов, где вейпы и сопутствующие товары всё же нашлись, продавец рассказал, что пока ничего не предвещает перемен. «Но мы в подвешенном состоянии. Ждем, какое решение примут. Видимо, в марте будем закрываться», — отметил он.
В одном из магазинов полки оказались ложно пустыми. На вопрос о наличии вейпов продавщица тихо кивнула и молча полезла под прилавок. Жидкостей для электронных сигарет оказалась небольшая коробка. «Все, что осталось», — сказала она обречённо.
— Так нет ведь еще никакого запрета. Почему из-под прилавка?
— Пока так, — пожала продавщица плечами. Но пробила, как полагается, и оплату приняла по карте, а не переводом или за наличку.
— Пока так, — пожала продавщица плечами. Но пробила, как полагается, и оплату приняла по карте, а не переводом или за наличку.
При этом в других магазинах, и в центре, и в спальных районах, дефицитом не пахнет. На полках все цвета и вкусы по привычным ценам — когда в точке буквально в трёхстах метрах пустота.
Разгадкой этого «то густо, то пусто» поделились в одном из небольших вейпшопов на Невском проспекте. «На днях был рейд — приходила полиция и проверяла всех и все. В частности — старое указание, по которому жидкости для вейпов должны продавать за две-три тысячи рублей», — рассказал продавец. Так что многие в ожидании спрятались, хоть и уверены, что тема с полным запретом закончится очередной наценкой или новым видом лицензии.
— Да не переживайте, нормально все будет. Вы же в России живете, знаете, что у нас страна нюансов, — оптимистично заверили в вейп-шопе.
Факт недавнего рейда подтвердили ещё несколько игроков рынка, у которых пару дней назад полки тоже пустовали, а сейчас баночки и коробочки постепенно возвращаются на прежние места. Проверяли лицензии и цены на вейпы и жидкости для них. Так что если окончательного решения о запрете ещё нет, это не значит, что в ближайшее время не вырастет прайс, который, к слову, должны были повысить ещё два года назад.
Речь о требованиях к продаже табачной продукции, вступивших в силу 1 сентября 2024 года. Тогда для жидкостей для вейпов, стиков и «одноразок» ввели минимальные розничные цены, дешевле которых продавать эти товары нельзя. Занижение государственных цен — административное правонарушение, за которое юрлицо могут оштрафовать на сто тысяч рублей (КоАП, ст. 14.6).
Минсельхоз предлагал считать новые цены так: минимальная цена 1 мл жидкости в картридже или капсуле — 76 рублей, во флаконах — 60 рублей, а в одноразовых сигаретах — 101 рубль. Итого стандартный флакончик, который стоил 500 рублей, рос в цене почти в пять раз, до 2,5–3 тысяч.
Не будем плохо отзываться о городских табачниках, лишь поделимся наблюдением: с 2024 года корреспондент-курильщик сталкивался с таким ценообразованием только в парочке сетевых магазинов. Его гипотезу подтвердил и один из продавцов: задирали цены под норматив или уменьшали объёмы под привычный для потребителя прайс только крупные федеральные игроки. Небольшие сети или табачные одиночки сохраняли прежний прайс-лист — на том и попались.
«Мы думаем, что с 1 марта точно запретят, как в других регионах. Если только на рынок Ленобласти переходить, но толку-то? Закупятся пару раз, но больших запасов никто делать не будет, а туда-сюда не наездишься», — рассказала продавец в одном из магазинов. Ещё вчера у них на точке тоже были пустые полки, сейчас товар постепенно выставляют обратно.
Впрочем, среди опрошенных продавцов были и те, кто намекнул, что с весны готовы работать с клиентами индивидуально.
Петербуржцы сами просили
Запрет на продажу вейпов накануне обсудили в петербургском парламенте. На совместном заседании бюджетно-финансового комитета и комиссии по промышленности, экономике и предпринимательству парламентарии заявили, что об этом их просили сами горожане.
«Большинство, 90% горожан ждут этого решения», — сказал единоросс Александр Ржаненков. Его коллега по партии Павел Крупник рассказал, что часто общается с молодыми людьми. «Ребята сами говорят, скорее бы вы запретили», — заявил он. По его словам, часть курильщиков перейдёт на обычные сигареты, но «большая часть» просто бросит курить.
«Мы всей фракцией, безусловно, поддерживаем этот законопроект. Безусловно, это вселенское зло нужно останавливать. Независимо от возраста наших детей, они все говорят о том, что сейчас нужно запрещать, запрещать и ещё раз запрещать», — заявил представитель «Новых людей» Дмитрий Панов. Он также призвал принять меры против вейп-миграции.
Тем временем представитель КПРФ Александр Рассудов предположил, что после запрета люди не бросят курить, а перейдут на обычные сигареты.
Также Александр Рассудов указал на возможный экономический эффект: от запрета вейпов выиграют производители обычных сигарет, которые никто запрещать не собирается, потому что государство получает с них акцизы. «Я понимаю, жидкости [для вейпов] наливаются на каких-то там складах, непонятно что дети вдыхают. Но мы понимаем, что основная задача она фискальная. Потому что акцизы не платятся», — отметил он.
Представитель Роспотребнадзора Инна Соколовская рассказала, что санитарное ведомство готовится контролировать исполнение закона. Сейчас Роспотребнадзор следит за соблюдением запрета на продажу электронных сигарет несовершеннолетним. В этом помогают общественные организации, которые проводят контрольные закупки.
Сколько людей после запрета продажи вейпов перейдут на обычные сигареты, специалист назвать затруднилась. «Для этого нужно вначале запретить, потом провести определённые исследования», — сказала Ирина Соколовская. Результат будет также зависеть от того, как будет выстроена работа в образовательных учреждениях. «Проблема носит социальный характер», — подчеркнула специалист.
Освободить площадки
Если точки начнут закрываться, это станет проблемой не только для курильщиков, но и для собственников помещений. Вейп-шопов в Петербурге, судя по данным «Яндекс Карт», больше 500 штук.
Однако в центральных торговых коридорах Санкт-Петербурга на табачные магазины и вейп-шопы приходится не такая уж большая доля — всего около 1% всех занятых торговых площадей. В случае полного запрета перепрофилирование части вейп-шопов возможно, например, на кофейни с напитками навынос, магазины снеков и напитков или сувенирные лавки. Но нужно учитывать, что конкуренция в этих сегментах достаточно высокая и бизнес-модель существенно отличается, отмечает директор департамента торговой недвижимости NF GROUP в Санкт-Петербурге Анна Лапченко.
На смену вейпам могут прийти операторы общественного питания, розничной торговли и сферы услуг, отмечает эксперт: «При этом важной задачей останется привлечение арендаторов, способных обеспечить сопоставимый уровень арендного дохода».



