Новый роман Пелевина: «Возвращение Синей Бороды»

Писатель долгие годы придерживался осеннего графика выпуска романов, каждый из которых обычно становился частью франшизы о корпорации «Transhumanism Inc.». Однако в этом году издатели и книготорговцы объявили о сенсации: Пелевин выпускает книгу вне плана, и она не связана с его последними работами.

После прочтения можно подтвердить: по сюжету и персонажам новый том действительно стоит особняком, но по стилю и художественным приёмам это всё тот же Пелевин, знакомый читателям.

Книга состоит из трёх частей: заглавной повести «Возвращение Синей Бороды» (её название вынесено на обложку), повести «Пирамида Авраама» и поэтической миниатюры «Песня о пингвине».

В «Возвращении Синей Бороды» фигурирует уже знакомый читателям по роману «Искусство легких касаний» литератор и историк Константин Параклетович Голгофский. Он проводит «писательское расследование» личности Жиля де Рэ — средневекового французского дворянина, соратника Жанны Д’Арк, который сочетал образцовую воинскую доблесть с садизмом и педофилией, замучив сотни детей.

Расследование Голгофского связывает оргии де Рэ с открытиями московского, а затем израильского физика Евгения Эпштейна, которого взяли под крыло ЦРУ, «Моссад» и британские спецслужбы. Эпштейн из теоретика физики, обосновавшего перемещения во времени и пространстве, превращается в международного сутенёра Джеффри Эпштейна с его островом, где развлекались богатые и знаменитые, включая британских аристократов. Британская разведка, по версии романа, и финансировала эти исследования.

Несмотря на кажущийся неполиткорректным трэш, текст насыщен деталями, проработанными персонажами, крепкой композицией и фирменными шутками, сочетающими глумливый юмор ниже пояса с отсылками к философии и эзотерике. Это не лучший, но вполне содержательный и ловко сконструированный пелевинский роман.

Пелевин здесь особенно иронизирует над собой. Константин Голгофский — не альтер эго автора, но наделён некоторыми его чертами, в частности активной нелюбовью к некоторым дамам-интеллектуалам, чьи шаржированные портреты узнаваемы. При этом автор ехидно замечает, что такие проявления не красят литератора.

Вторая часть — повесть «Пирамида Авраама». В ней рассказчик (возможно, сам Пелевин) в диалоге расхитителя гробницы и её «обитателя» логически и художественно убедительно деконструирует гуманистическую психологию Абрахама Маслоу с его пирамидой потребностей и европейскую философию экзистенциализма.

Завершает книгу римейк горьковской «Песни о Соколе» — «Песня о пингвине», где Пингвин/Голгофский/Пелевин произносит:

По сравнению с предыдущими работами Пелевина, в «Возвращении Синей Бороды» больше серьёзных, пусть и поданных в игровой манере, размышлений о добре и зле. Когда автор говорит о злодеяниях по отношению к детям, он становится вдумчив и строг, без постмодернистской иронии — словно омбудсмен по делам ребёнка.

После «Generation П» стало общим местом писать, что Пелевин «всё объясняет». Не всегда и не всё, но читая новый роман, особенно ясно понимаешь, как возможны в XXI веке острова Эпштейна и почему достойный человек вдруг превращается в чудовище. Насколько убедительны эти объяснения с точки зрения психиатрии — вопрос, но как художественное исследование роман более чем состоятелен.

Те, кто считает, что художественная литература как способ познания исчерпала себя, возможно, неправы.