Сергей Старостин: о древней психотерапии предков и поп-культуре

Сергей Старостин — известный российский фолк-музыкант и этнограф, родившийся в 1956 году. Окончил Московскую консерваторию по классу кларнета, увлекся фольклором в студенческих экспедициях. Играет на кларнете, жалейках, гуслях, калюках. Сотрудничал с Moscow Art Trio, «Аукцыоном», «Отава Ё», основал ансамбль «Виртуальная деревня». С 2005 года возглавляет жюри фестиваля «Мир Сибири». В фольклорной среде его уважительно называют Дедом.

На фестивале «Мир Сибири» в Шушенском музыкант ответил на вопросы о традиционных ценностях, народной культуре и её месте в современном мире. «Мир Сибири» — крупнейший в России международный фестиваль этнической музыки и ремесел, проходящий ежегодно в начале июля в Красноярском крае. Ранее он назывался «Саянское кольцо».

Старостин отметил, что востребованность традиционной музыки не зависит от текущих лозунгов. Молодые поколения ищут фундамент, точку опоры, и здесь возникает проблема культурного сиротства. В советский период произошел разрыв в наследовании традиций. «Это всё равно что при живых родителях стать сиротой», — поделился он.

Сам Старостин застал поколение бабушки, которая была деревенским человеком. Она включила в нем механизм связи с предыдущими поколениями, вызвала интерес к истории рода и народа. Современное поколение, не получив культурного кода, заполняет пустоту суррогатами — буддизмом, иудаизмом или чем-то еще, хотя на своей территории уже всё существовало.

Говоря о псевдонародной поп-музыке 90-х, Старостин призвал не путать «божий дар с яичницей». По его словам, поп-музыка — это коммерческий инструмент для развлечения, не имеющий отношения к фундаментальным вещам. Народная культура — не жанр, а самодостаточный мир, который можно унаследовать.

В традиционной культуре пение было естественной частью жизни, а не сценическим искусством. Особый жанр — причёт (причитание) — исполнялся в пограничные моменты: на свадьбе или у смертного одра. «Это была настоящая терапия, — говорит Старостин. — Если бы не это, люди давно сошли бы с ума». Причёт позволяет прожить горе через художественный язык, сохраняя психику здоровой.

Старостин привел пример колыбельной со страшными словами про потерю матери: «Ай-бай-бай, поскорее засыпай... выкопаем ямку, закопаем мамку…». Такие песни пели не столько ребенку, сколько себе, чтобы научиться жить с утратой и принять ответственность.

Фольклорное движение возникло в середине 80-х — начале 90-х годов, когда рухнула советская идеология. Люди начали искать опору в собственной культуре. Сегодня выросло третье поколение, для которого фольклор естественен. «Возвращение всегда медленнее утраты», — заметил Старостин. Фестиваль «Мир Сибири», который проводится уже 22-й раз, — серьезное явление, но многие приходят на него развлекаться, а не вникать в смысл.

На вопрос о современных исполнителях, таких как Zventa Sventana, Старостин ответил, что Тина Кузнецова вдумчиво работает с материалом, и он сам когда-то направил её на этот путь. Если благодаря её музыке кто-то обратится к первоисточникам, это хорошо.

Деревенский уклад, по словам музыканта, разрушается. В деревнях уже практически не поют. При этом исследователи собрали огромные архивы народной культуры, но они недоступны широкой публике из-за ведомственных барьеров. «Если когда-нибудь архивы откроются, может случиться чудо», — считает Старостин. Он мечтает услышать голос своего деда, если запись сохранилась.

Старостин видит пользу нейросетей в реставрации старых записей. «Искусственный интеллект способен очистить запись, восстановить голос, сделать его почти живым», — пояснил он. На опасения, что нейросети сделают людей глупее, ответил: «Познайте традицию — и никакое оглупление вам не грозит».

В традиции заложена мудрость предков. Старостин привел пример народной песни про Ваню, который не послушал мать и пошел жать чужое поле, в результате поранился и сломал мост. «Главная мысль: не почитаешь родителя — получишь по полной», — объяснил он. Но родители бывают разными, и мудрость нужно искать во всем опыте предков.

Музыкант предостерегает от «улучшения» народной культуры. «Сначала напитайтесь ею, а уже потом создавайте что-то свое», — советует он. Даже талантливый человек не разрушает основу, а реализует свой талант внутри традиции. Он привел эксперимент: спел простую хороводную песню, и студенты не смогли найти точного повторения даже на 25-м куплете. В народной музыке есть глубина и вариативность.

Отвечая на вопрос о тенденциях, Старостин заметил, что многие горожане сознательно уезжают из мегаполисов в сельскую местность, создавая свои сообщества и обращаясь к традиционной культуре. Возврата к прошлому не будет, но традиция может сохраниться через внутренние механизмы самосохранения.

Фольклор хоронят давно, но надежда есть. Старостин считает, что те, кто не общался с носителями традиции, легко рассуждают о её смерти. Однако нужно верить в самосохранение, хотя к прежнему богатству уже не вернуться.