Нефть по $110: как конфликт в Иране ударил по экономике

Торги в понедельник, 9 марта 2026 года, начались с резкого роста котировок. Цена нефти Brent уверенно преодолела отметку в $110 за баррель, а российская марка Urals в отдельные моменты достигала $103 и даже временно торговалась с премией к эталонному сорту.

Причиной скачка стало фактическое перекрытие Ормузского пролива после ударов США и Израиля по нефтяной инфраструктуре региона. Движение танкеров остановлено, страховые компании отказываются покрывать риски, а над Тегераном, по сообщениям, выпадают токсичные осадки — так называемый «чёрный дождь» от горящих нефтехранилищ.

Аналитики ожидали роста до $100–120, но лишь в случае долгосрочной блокады на несколько месяцев. Однако на практике для возврата к уровням 2022 года оказалось достаточно одной недели.

Для России эта ситуация представляет собой одновременно неожиданный шанс поправить бюджет и источник новых экономических рисков.

Бюджет на 2026 год был сформирован исходя из цены Urals в $59 за баррель. Реальность оказалась иной: в январе нефтегазовые доходы сократились вдвое по сравнению с январем 2025 года, составив лишь 393 млрд рублей — минимум за пять лет. Дефицит за первый месяц достиг 1,7 трлн рублей, что почти половина от запланированного на весь год показателя в 3,8 трлн.

При сохранении низких цен дефицит мог вырасти до 8–10 трлн рублей. Основная причина — сокращение поступлений по налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ), который напрямую привязан к стоимости Urals.

При текущих ценах выше $100 дополнительные доходы по НДПИ могут принести бюджету 1,5–2,2 трлн рублей в год. Правительство уже приостановило продажу валюты из Фонда национального благосостояния и рассматривает возможность снижения «цены отсечения» в бюджетном правиле.

«Цена отсечения» — это базовая стоимость нефти, при которой доходы считаются нормальными. Всё, что выше этого порога, направляется в ФНБ, а всё, что ниже, покрывается за счёт резервов. Сейчас этот порог составляет около $59, и его снижение позволит экономнее тратить накопления.

Обязательная продажа валютной выручки экспортёрами при высоких ценах на нефть укрепляет рубль. Прогнозы указывают на возможный курс 80–90 рублей за доллар вместо ожидавшихся ранее 100 с лишним.

Для бюджета укрепление рубля — минус, поскольку снижает рублёвые поступления от каждого барреля. Для населения это плюс, так как замедляет рост цен на импортные товары.

Однако значительный бюджетный дефицит обычно разгоняет инфляцию, потому что государство, тратя больше, чем собирает, увеличивает денежную массу. В условиях санкций и ограниченных производственных мощностей это почти гарантированно ведёт к росту цен.

Ормузский пролив ежедневно пропускает 20–21 миллион баррелей нефти. После ударов Иран полностью остановил движение танкеров, а страховщики отозвали полисы.

Хорхе Леон из Rystad Energy ещё до событий предупреждал: «Мы рассматриваем сценарий, когда нарушение в Ормузском проливе продолжается дольше нескольких дней — недели или месяцы. Тогда мы определённо видим возможный сценарий в 100 долларов за баррель».

Аналитики Goldman Sachs оценивают дополнительную премию за риск в $18 и считают, что при месячном закрытии пролива цена может вырасти ещё на $10–15. Citi не исключает скачка до $120 в случае повреждения региональной инфраструктуры.

Кризис затронул ключевые товары:

• Алюминий: страны Персидского залива обеспечивают 20% мирового производства вне Китая. После объявления force majeure компанией Aluminium Bahrain цены на Лондонской бирже металлов достигли $3340 за тонну. Goldman Sachs прогнозирует возможный рост до $3600–4000.
• СПГ: Катар, на долю которого приходится около 20% глобального экспорта сжиженного газа, объявил force majeure и остановил производство. Это уже вызвало рост цен в Азии и Европе.
• Метанол: регион — мировой лидер по производству. Остановка поставок создаёт дефицит для Китая и Индии, что ведёт к удорожанию топлива, пластмасс и удобрений.
• Удобрения: цены на карбамиды с начала года выросли на 65%, на фосфаты — на 25%.

Россия также активно экспортирует алюминий и удобрения. В прошлом году поставки алюминия в Китай составили 2,3 млн тонн на $5,9 млрд, в Европу — на 755 млн евро. Удобрений в Китай было отправлено на $1,6 млрд, в Европу — на $1,7 млрд.

Аналитики рассматривают три основных варианта:

• Базовый: цена около $100 за баррель, если блокада продлится несколько недель и потоки частично восстановятся.
• Продолжительный конфликт: $120–150 за баррель в случае месячной блокады. Министр энергетики Катара Саад аль-Кааби заявил: «Если война продолжится, все производители в Заливе могут остановить экспорт, и цена может дойти до 150 долларов за баррель… это приведёт к падению экономик мира».
• Экстремальный шок: выше $150 при полной и долгосрочной блокаде. Goldman Sachs не исключает прорыва выше исторических максимумов.

Китайский военный аналитик Ван в Global Times назвал закрытие пролива «крайне рискованным шагом», который создаст давление на все зависящие от энергоносителей страны.

Таким образом, скачок цен на нефть даёт российскому бюджету передышку и возможность сократить дефицит. Однако эффект ограничивается укреплением рубля, сохранением санкций и риском глобальной рецессии.

Для населения укрепление рубля может замедлить рост цен на импорт, но вероятно подорожание бензина, продуктов, автомобилей и стройматериалов из-за роста стоимости алюминия, удобрений и химической продукции.

Мир вступил в период энергетической нестабильности, продолжительность которого зависит от сроков разблокировки Ормузского пролива и масштабов ущерба инфраструктуре.