Константин и Владимир Маковские: масштабная выставка в Музее Фаберже

Экспозиция, объединившая 168 произведений из 30 музеев России и Узбекистана (в том числе Русского музея, Эрмитажа, Третьяковской галереи, Нижегородского художественного музея и Музея искусств Узбекистана), открыта до 13 сентября. Торжественное открытие посетили Виктор Вексельберг и Алексей Миллер.

Семья Маковских — одна из известных художественных династий, подобных западноевропейским. Многие её члены были связаны с искусством. Выставка сосредоточена на самых знаменитых представителях — Константине (1839–1915) и Владимире (1846–1920). Название «Любовь земная и любовь небесная» отсылает к картине Тициана 1514 года и подчёркивает взаимодополнение братьев.

Произведения братьев охватывают жанровые сцены, портреты, исторические полотна, религиозную живопись и ориентализм, давая представление о русском искусстве второй половины XIX века.

В Белоколонном зале встречают зрителя два портрета: Владимира, написанный Константином, и автопортрет Константина. Братья изображены в романтическом духе, с голубыми глазами, что особенно заметно при выставочном освещении.

Для 1860-х годов эти портреты выглядят романтичными — Константин учился у Василия Тропинина и Федора Бруни, представителей первой половины столетия. В противопоставлении «земного» и «небесного» Константин отвечает за второе; Стасов называл его стиль «салонным», а в пресс-релизе отмечается «высокопарный слог» художника. Владимира же критик ценил как «изобразителя главного, всеобщего течения народной жизни». Понятие «салон» до сих пор воспринимается как негативное в русской критике, несмотря на успешные выставки Генриха Семирадского.

На исторической дистанции сходство братьев становится заметнее: различия в подходах сглаживаются общими приёмами и приподнятостью. Владимир, по словам критика Николая Александрова, искал сюжеты в «захолустьях Москвы» и трущобах, бывал на рынках, гуляньях, толкучках, балах, театрах и маскарадах.

Первый раздел посвящён раннему творчеству Константина Маковского. Сын художника-любителя Егора Маковского, он учился в Академии художеств, получил малую золотую медаль, но отказался от участия в конкурсе на большую и присоединился к «бунту четырнадцати» (отказ лучших учеников во главе с Крамским от академических тем). Иронично, что Константин стоял у истоков национальной школы, противостоявшей академизму, но именно за академизм его критиковал Стасов.

На выставке представлен «Суд Париса» из коллекции Музея Фаберже, написанный для Всемирной выставки в Париже в 1889 году. Это типичный салон: жемчужная дымка, фигуры в духе Венер Бугро, амуры и гирлянды. Главная претензия к салонным художникам — их мастерство не соответствует, по мнению критики, историческому моменту. Однако публика по-прежнему любит такие работы.

Константин также писал на актуальные темы: «Вдовушка» (1865) — более театрализованная, чем у Павла Федотова; «Крестьянский обед в поле» (1871) — сладкий реализм; «Католический проповедник» (1870) с драматическим светом в духе Брюллова.

С 1880-х годов в творчестве Константина появился «русский стиль» — нарядные барышни в интерьерах. «Боярышня у окна» (1890-е) отличается тёплым светом, детализацией костюма, прялкой и лампадкой. Художник владел коллекцией боярских костюмов, которые использовал для эскизов на балах.

Александр II называл Константина «мой живописец»; художник несколько раз писал императора, в том числе на смертном одре. На выставке есть портрет монарха 1860-х годов в полный рост — пример гладкой академической живописи.

Разделы, посвящённые Владимиру Маковскому, погружают в мир русского жанра — театрализованного, с типажами и литературными композициями. Он участвовал в передвижных выставках, его хвалили «за простоту и верность истине». Костюмы его персонажей проще, чем у брата, социальный контекст конкретнее. Его жанры напоминают Павла Федотова и «малых голландцев». Владимир более раскован в живописной манере, что видно в «Портрете В.А. Харитоненко» (1886) и «Автопортрете» (1905).

Следующие залы посвящены религиозной живописи Владимира 1890-х годов. Несмотря на склонность к повествовательности, евангельские сюжеты у него сдержаннее — здесь чувствуется влияние Александра Иванова.

Ориентализм Константина связан с Египтом. В 1872 году он отправился на Восток с больной женой Еленой Тимофеевной, которая скончалась в Египте в 1873 году. Художник преодолел потерю, создав множество этюдов и жанровых сцен. В «египетских» работах привлекает не экзотика, а живописное мастерство: свет, цветовые сочетания (например, небесно-голубой и песчаный в «Мальчике-арабе» 1870-х).

Завершающий раздел — «Мастер человековедения» — представляет россыпь типажей, которые раньше встречались часто, а сегодня кажутся актёрскими лицами.

Маковские были одновременно национальными художниками и выразителями общеевропейских тенденций. Влияние романтизма первой половины XIX века проявилось во второй половине: обращение к корням, поиск связи с народом, национальные сюжеты в исторических картинах. Последнее большое полотно Константина — «Подвиг Ивана Сусанина» (1914).

Петербургскому зрителю живопись Маковских может показаться пёстрой, но она даёт возможность изучить анатомию русской живописи второй половины XIX века, которая до сих пор формирует массовый вкус.