Дефицит бюджета достиг 6,5 трлн: что решит Минфин

Дефицит федерального бюджета России за первые семь месяцев года составил почти 6,5 триллиона рублей, что эквивалентно 2,8% ВВП. Утверждённый на весь 2025 год показатель — 3,8 триллиона, то есть фактическое превышение уже почти вдвое. Расходы выросли на 14,5%, доходы — лишь на 8,8%, при этом нефтегазовые поступления просели заметнее всего.

Эксперты не спешат называть ситуацию критической, но расходятся в оценке дальнейших шагов Минфина. Главный вопрос — придётся ли урезать расходы и как это скажется на гражданах.

Инвестбанкир Евгений Коган предлагает оценивать дефицит относительно размера экономики. Если по итогам года он составит около 7 триллионов, это примерно 3,5% ВВП. По его словам, это «не катастрофа, но неприятно», и кардинального влияния на экономику или инфляцию ждать не стоит.

«Это не катастрофа, не гигантская сумма, но неприятная. Да, эта сумма выше той, что ожидалась. Но как-то кардинально повлиять на экономику, в частности вызвать какой-то безразмерный всплеск инфляции, — нет, думаю, нет», — считает Коган.

Коган не прогнозирует масштабного секвестра. По его мнению, власти скорее сосредоточатся на увеличении доходов, например через дополнительные налоги или заимствования.

Экономист Андрей Бунич настроен менее оптимистично. Он опасается, что дефицит будут закрывать непопулярными методами, хотя возможности повышать налоги уже исчерпаны.

«Нет, ну куда уж больше-то, тут лимит исчерпан. По крайней мере, всё-таки хочется надеяться, что головы в Минфине в эту сторону не будут думать. Но тем не менее я бы не считал это абсолютно невозможным», — говорит Бунич.

Бунич полагает, что сокращать будут в первую очередь инвестиционные и инфраструктурные программы, включая дорожное строительство. Социальные расходы тоже попадают в зону риска, однако, по его словам, «много от этого получено не будет».

Корень проблемы эксперт видит в укреплении рубля: бюджет свёрстан при курсе 92,2 рубля за доллар, а фактический курс составил 78,4. При крепком рубле экспортная выручка после конвертации приносит меньше рублей, что и создало «колоссальную дыру» в доходах. Бунич предлагает постепенно ослаблять рубль и снижать ключевую ставку, чтобы облегчить бюджетное давление.

«Когда курс стал 70 ни с того ни с сего, это укрепление рубля не имело под собой какого-то, так сказать, объяснения и обоснования. Естественно, когда так сильно меняется курс, в бюджете образуется колоссальная дыра. А потом этот дефицит породил увеличение налогов, сразу сокращение социальных расходов. Но не проще ли как-то отрегулировать курс рубля?! И чиновникам придерживаться тех бюджетных планов, которые были утверждены вами же?!» — рассуждает Бунич.

Оба эксперта допускают финансирование дефицита через размещение ОФЗ. Это позволит не урезать расходы немедленно, но создаст нагрузку на будущие бюджеты: при высокой ключевой ставке обслуживание долга обходится дорого. В текущем году на эти цели уже заложено почти 4 триллиона — около 9% расходов, и эта статья стала второй по величине после военных. Расплачиваться, вероятно, придётся долгие годы.